Даже у меня захватывало дух, когда я смотрела на себя. Ничего лишнего, ни любимых человеческими девушками лент, бантов и кружев, ни обилия драгоценных камней. Простое платье, в точности облегающее фигуру сверху и расходящееся книзу легкими волнами."

"Но даже созерцание себя в таком изысканном наряде не могло вывести меня из странной апатии, что навалилась всем своим немаленьким весом по окончании турнира. И я не могла сказать, что было тому причиной. Во-первых, меня угнетало то, что Дрэй скрыл от меня планы драконов и демонов. Я ни слова не сказала ему об этом и даже постаралась не выдать своей обиды, но от самой себя не утаишь. Я была уязвлена его молчанием. Наивно, должно быть, но мне казалось, что мы должны делиться друг с другом всем на свете. Возможно, за мою короткую жизнь у меня и не успело накопиться столько всего, что хотелось бы утаить, но даже то, что было, я рассказывала ему. А он промолчал. И не важно, какие были тому причины, сейчас я была обижена. Демон, что с таким трудом вновь оказался под гнетом моих собственных блоков, недовольно ворочался внутри, отчего обида на Дрэя усиливалась и разрасталась. Умом я понимала, что все это – девичьи глупости и бредни, но беспокойство демона и общая эмоциональная усталость мешали взять себя в руки и выкинуть все это из головы.

Во-вторых, я ощущала внутреннюю пустоту. Не чувствовала себя цельной, как это было, когда моя сущность сливалась воедино. Я прекрасно понимала – стоит убрать блоки, и я стану просто опасной, но без демона я словно была моральной калекой. Стоило запереть свое сознание и энергию под замком, как я со всей полнотой ощутила себя ущербной.

– Ну что ты такая грустная? – ласково проговорила Айрин у меня над ухом. – Посмотри, какая ты красавица, – игриво улыбнулась она, глядя на меня в зеркало.

– Просто устала, – не задумываясь, солгала я.

Еще не хватало портить настроение эльфийке. Она, как никто другой, старалась, поддерживая меня на всех соревнованиях. Пусть со стороны ее поведение и смотрелось чудным и немного глупым, но она не побоялась всей этой многотысячной толпы и открыто болела за меня. Конечно, ее розовые плакаты с сердечками и речевки были несколько экстравагантны, но шли от чистого сердца.

– Спасибо тебе. – Я накрыла своей ладонью ее руку, что лежала на моем плече.

– За что? – искренне удивилась она.

– Сама знаешь, – подмигнула ей я и улыбнулась уже не натянуто, а широко и открыто.

– Дурочка ты, Эм, – беззлобно фыркнула она. – Дрэй просто обалдеет, – сощурилась девушка, словно сытая кошка.

– Правда? – спросила я, а про себя решила, что лучше постараться отбросить лишние мысли.