– Я, – бросая злой взгляд на Сирин, ответила я.

– Понятно, – поджав губы, скривился человек. Именно! Он был человеком, но вместо поддержки на его лице я вновь увидела столь привычное пренебрежение. – Следи за своей командой. Если бы ее сейчас парализовало – это была бы целиком и полностью твоя вина. Потому как это ты должна была объяснить ей, что без твоего разрешения у нее нет права даже дышать в этом лабиринте, – сухо подытожил он то, что и так должно было быть нам понятно.

Я в свою очередь бросила многообещающий взгляд на Сирин. Та сделала вид, что не заметила.

– Сколько времени у нас еще есть? – намереваясь провести незапланированную воспитательную работу, спросила я.

– Уже нисколько, – широко улыбнулся мужчина, отчего показался более моложавым и симпатичным. – Пора, принцесса, – подмигнув мне, он приглашающим жестом указал на вход.

Нервно сглотнув и постаравшись полностью проигнорировать это его неуместное «принцесса», я решительно направилась к входу в лабиринт.

– Запомни, капитан: не все то, чем кажется, – выкрикнул мужчина мне в спину, перед тем как изгородь сплелась монолитной стеной за нашими спинами.

Признаюсь честно, я готова была увидеть перед собой бесконечные, переплетающиеся друг с другом стены живой изгороди, которые и были бы лабиринтом. Но я никак не ожидала, что вместо этих реальных, осязаемых стен со всех сторон нас обступит непроглядный молочно-белый туман, который будет стелиться и ластиться у самых ног, а потом расступаться в некое подобие коридора и смыкаться над нашими головами. Это был коридор безумия, беспроглядного, едва осязаемого, но такого реального. Здесь и впрямь можно было сойти с ума. Раствориться. Потерять свое «я» и рассудок, стоило лишь на миг запаниковать и начать искать выход. И каждый из нас рисковал не выбраться из этого молочного плена.

Глубоко вздохнув, я не без труда взяла себя в руки, потому как были еще живы мои воспоминания о начале «перехода», когда я из ночи в ночь металась во сне в точно таком же мареве, ища спасения. Но также я помнила, что спасение пришло ко мне, лишь когда удалось сделать шаг, отбросив страх и сомнения. Я повернула к членам моей команды.

Невозмутимым было лишь одно лицо. Любимое лицо, с теплотой смотрящее на меня. И почему-то мне показалось, что начни я сейчас в панике метаться по этому лабиринту, ища выход, то именно Дрэй сумеет успокоить меня. Держа его за руку, я смогла бы преодолеть все что угодно. Остальные члены команды растерянно озирались по сторонам, даже дроу слегка нервничал. И запах, что сейчас резко ударил по моему обонянию, говорил о том, что им страшно.