Лицо его, белое, как мел, застыло, глаза, казалось, метали молнии. Он быстро осмотрел меня и малышку:

– Не ранены? – И тут же рявкнул: – Зачем держать в доме старую рухлядь!

– Это же рояль! Он должен прежде всего звучать, а не светиться лоском! – парировала я.

Он посмотрел на обломки и проворчал:

– Мы же на нём недавно… А если бы он под тобой тогда развалился?

Мне оставалось только засмеяться.

Следом вбежал Максимилиан, быстро оценил обстановку и убрал пистолет. Сухо кивнул мне:

– Извините, куплю новый.

Судя по тону, эту фразу ему произносить было привычно. Видимо, малышка частенько чего-нибудь ломает.

Маленькая кудряшечка потерла глазки кулачками, а потом смешно уткнулась мне в шею носом, что-то забормотала на своем, а я погладила ее по спинке и уставилась на Дэми.

– Это был раритет, который любил стоять на всех своих ногах, – и чихнула, отчего Джулия тихо засмеялась и, схватив мои волосы цепкими пальчиками, потащила их в рот. – Ой, кажется, ей пора к маме, – я хотела встать, но поняла, что хорошо ушибла ногу, когда падала, и без помощи не смогу. Только сейчас до меня дошло, что спасая чужого ребенка, могла потерять своего.

Стало страшно, колючки ужаса побежали по спине и сковали горло. Но я понимала, что сделала бы тоже самое, случись это снова.

Когда Максимилиан забирал ребенка, я старалась не выдать дрожь рук и губ и даже поулыбалась вслед непоседе. Мы остались одни с Дэми, я перевернулась на другую сторону и оценила ушиб. Синяк багровел на все бедро, но еще сильнее побагровел мой Защитник, когда подошел ближе.

– Нужно Макса научить играть на гитаре, – попыталась я его отвлечь, прикрываясь халатом.

Пыль от сломанного рояля все еще мерцала и кружилась в воздухе, а я натянула улыбку и уверила беспокойного мишку:

– Со мной все в порядке, Дэми.

Без паники, я в детстве и не так падала, – но, черт, не была тогда беременна.

Тихо-тихо… чтобы я сделала месяц назад? Когда была занозой и стервой для папы да и сучкой для остальных. Я бы просто посмеялась. На концертах всякое бывало, даже падения с приличной высоты. Я вставала и пела дальше. У меня очень верный Ангел-Хранитель, серьезные ранения со мной не случались, разве что… Но это было в детстве, и я не помню, что тогда произошло.

Шрам на спине остался, чуть ниже правой лопатки, я его могу увидеть только в зеркало.

Дэми молча поднял меня на руки и понёс из комнаты. Максим, который встретил нас на лестнице, застыл на месте, и мне достался очередной взгляд недовольного волчонка."

"Жених открыл дверь в мою комнату спиной и, осторожно положив на кровать, ворчливо проговорил:

– Связать бы тебя, чтобы никуда не убегала, – обернулся и, не удивившись маячившему в дверях сыну, попросил: – Макс, принеси мою сумку, внизу стоит.