Он снова посмотрел на меня и, прищурившись, едва заметно усмехнулся. От его пронизывающего насквозь взгляда по спине побежали мурашки, но бояться я не привыкла. Отец тоже мог придавить одним лишь своим видом, у меня давно иммунитет. Вместо того, чтобы представиться, я ответила:

– Приятно познакомиться.

Обернулась на Дэми и многозначительно приподняла брови.

– Это и есть твой сюрприз?

Неужели Защитник напялил на меня чёрти что и вытащил из дома отца, чтобы познакомить со своим сыном? А меня об этом предупредить? С одной стороны, понятно – ведь мы хотим пожениться, с другой – очень уж настораживает меня второй Макс.

Огромный, какой-то переломанный, с хищным взглядом и повадками едва прирученного волка. От него так и исходили волны опасности.

Новый знакомый хотел что-то сказать, но его милая жена положила ему на локоть руку, и Макс обнял её и малышку. Молчание затягивалось, Дэми казался растерянным, будто сам не ожидал своего же сюрприза, но тут мальчишка отложил телефон и, поднявшись, подошёл к нам. Окинув меня вызывающим взглядом, прямо спросил:

– Пап, это ещё кто?

Для мальчишки десяти лет он был довольно высок, почти с меня ростом, лицо детское, но взгляд уже цепкий, взрослый.

Казалось, мой Аполлон окончательно растерялся. Он обнял сына и посмотрел на Максимилиана:

– Почему не сказали, что приедете сами?"

"Меня же задело то, что он так и не представил меня. А, правда, кто я? Судя по виду и отношению, эти люди – друзья мишки, но Дэми пытается встать так, чтобы закрыть меня собой от них и сына.

– Нарочно не сказал, чтобы увидеть ту, ради которой ты готов нанять самолёт, чтобы привезти это!

Макс-старший кивнул на стол, где в прозрачном пакете лежало несколько буханок настоящего российского ржаного хлеба.

Так вот он сюрприз! Дэми искал то, что я так просила, даже попросил друга прислать хлеб из России, но тот приехал сам и сына мишки привёз. Забавная ситуация.

Но вместо того, чтобы восхититься, я всё сильнее раздражалась молчанием Дэми. Не хочет меня представить? Стесняется? Так я сама за себя скажу! Я сдёрнула с головы кепку и, позволив волосам рассыпаться по плечам, оттянула на шею, закрывающую лицо маску. Посмотрела в глаза мальчику и широко улыбнулась:

– Я объект, а твой отец мой личный телохранитель! – голос прозвучал зло и так звонко, что народ в заведении начал оглядываться: – Зовут меня Джонси.

–  И, скинув с себя тяжесть ладони Дэми, что сжалась на плече, протянула мальчугану руку. – Привет! Максим?

Сын Леонова ещё сильнее нахмурился, недоверчиво осматривая меня с головы до ног, а в помещении будто взорвалась шумовая граната. Загудели голоса, зашуршала одежда, застучали каблуки и ножки стульев.

Со всех сторон потянулись люди. В кафе входили новые посетители, вокруг нас быстро нарастала толпа.