И пусть будет готов либо сразу признать все законные права Мэй, либо заранее подаст запрос о передаче ему опекунства.

— Ты указываешь эмиру, что делать? — кажется, старик был не слишком удивлен.

— Просто передай.

Повернулся, поднял свою удочку, ведро с рыбой… тяжелое!

Хватит.

— Эй, трибун! — окликнул его старик. — Передай ей привет от дяди Майтека!

— Дяди?

— Просто передай, — он усмехнулся.

— Хорошо, — согласился Ренцо.

* * *Мэй ждала его.

На этот раз Ренцо вошел через дверь. Ведро с рыбой сунул слегка обалделому бугаю претора у порога.

— На кухню отнеси, — буркнул на его немой вопрос.

— Да, сеньор…

Мэй выскочила навстречу, и сразу, не раздумывая, подбежала, обняла.

И Ренцо слегка оттаял. Выдохнул. Обнял ее в ответ. Так хорошо. Вот ради таких моментов и стоит…

— Как ты? — спросил он.

— Я волновалась за тебя.

Он вдохнул запах ее волос, слегка потерся щекой о ее щеку, стараясь не слишком царапать своей щетиной, поцеловал… и все же. О делах? Взял ее за плечи.

— Знаешь, тебе просили передать привет от дяди Майтека.

И Мэй мигом заулыбалась, расцвела, так весело, радостно, глаза засияли.

— От Лиса, да? Лис передал?

— Кто? — не понял Ренцо.

— Лис… Олистар Рамель, он микоец, невысокий такой, худой, седой уже… Да?

Микоец, точно.

— Да, очень похоже, — сказал Ренцо. — А кто такой дядя Майтек?

Мэй звонко засмеялась.

— Это из сказки! — сказала она. — Лис нам с Дином микойские сказки в детстве рассказывал. И играл с нами… Дядя Майтек — это такой хитрый тип, который за горошину целую корову выменял, а потом еще на княжеской дочке женился! Нам всегда казалось, он на Лиса похож.

В ее глазах танцевали огоньки.

Как же Мэй скучает по дому! Даже стыдно, потому что почти невыносимо ее отдавать.

Ничего, скоро все решится. Только бы вышло…

— Завтра я снова встречусь с ним, — сказал Ренцо. — И еще с теми людьми, которых пришлет твой брат. Обсудим детали. Не волнуйся.

Но Мэй вдруг посерьезнела, нахмурилась даже. Так, словно дунули и затушили свет. Уткнулась носом ему в ухо.

— Я не хочу домой, — шепнула она.

Вот только не сейчас. Потому что сердце пронзает такая боль, что немеют пальцы.

— Не говори глупости, — шепнул он… но так нельзя, не хорошо. — Знаешь Мэй, — попытался исправиться, — а пойдем куда-нибудь с тобой позавтракаем? Ты завтракала? Да? Ну, еще разок, хоть просто посиди со мной.

Ладно? А потом нам надо по городу пробежаться по разным делам. Я не могу вечно оставлять тебя здесь, это даже не мой дом. Пойдем?

22. Мэй

Он задумчиво ковырял ножом кусок мяса в тарелке.

Мэй все казалось, что Ренцо избегает на нее смотреть. Говорит с ней, даже пытается улыбаться, но в глаза не смотрит.

Осунулся за последние дни. Несмотря на вчерашние старания Мэй отдать ему сил, вылечить… но дело не в этом. Не телесные раны.