Они вечно воняют, даже на расстоянии.

Гордон рассмеялся, пока кривился. К чему вообще коротать время со служанками, когда есть, пусть и не очень приличные, но леди.

Аристократки пахнут душистыми травами и цветами, у них нежные руки и волосы. А служанки даже за версту мне противны.

Они моются мылом из жира животных, ну что за мерзость? Не умеют читать и писать. Глупы и невежественны. Они годятся только полы мыть и слухи по столице распускать.

— И как же, лорд Корнуэл, проживете без женской ласки? Не боитесь превратиться в своего дяденьку затворника.

Гордон снова мерзко улыбнулся от своей тупой шутки, и я задался вопросом, какого черта вообще с ним общаюсь, если он интеллектом не далеко ушел от осла?

— Ну, ты же как-то живешь, — ответил я скучающе.

Гордон еще что-то пробубнил. Но мне уже было неинтересно.

— Принеси водички, Гордон, у меня что-то в горле пересохло, — перебил его я.

Парень насупился, но встал и пошел за стаканом. И я вспомнил, почему с ним дружу.

До конца этого года я должен буду украшать зимний дворец, что ж, дядюшка, справлюсь.

Уверен там будет много челяди, управлять которой будет одно удовольствие. Удивлю их своим умением читать, примут меня за высшего Духа.

5

Лисса

Кучер вежливо открыл двери дилижанса, и я вышла, аккуратно вытягивая за собой чемодан. Cобрала с собой достаточно вещей, чтобы защелка «старика» то и дело пыталась открыться, вывалив содержимое прямо мне под ноги.

Леди Николь предлагала заменить своего старого друга на нового, на колесиках на манер аристократов. Но я отказалась. Этот чемодан был моим любимым, ведь он принадлежал родителям.

Еще до войны, когда я была совсем малышкой, они часто брали этот самый чемодан, кидая в него только самое нужное, и мы отправлялись в путешествия. Отец говорил, что это лучший чемодан для путешествий, ведь он по объему вмещает только самое необходимое. Так он и отвечал всем, кто уже обзавелся чемоданам с бытовой магией, способным вместить намного больше.

Мама и папа умерли. Война забрала их жизни. И все, что можно было считать роскошью бабушке пришлось продать. От родителей не осталось практически ничего. Ни любимого маминого колье, ни дорогих отцовских запонок. Я не могла ее винить — война разорила нас. Бабушка пыталась выжить. Остался только старый чемодан, с которым мы с бабулей переехали в Борнмут.

И теперь я, такая взрослая отправилась с чемоданом на встречу приключениям.

Вид замка поражал. Красивая постройка из белого камня припорошенная снегом выглядела просто изумительно. Расписанные витражи окон, крыша из черепицы синего цвета. Все это величие дополнял и забор из белого камня с огромными металлическими воротами из металла.

И скоро я смогу увидеть все изнутри… Как и Карл, мой возлюбленный, который уже прибыл.