И какие теперь это будет иметь последствия? Если остальные узнают, что я боевой маг, навредит ли мне это или поможет?

Наверняка, если об этом узнает мадам Серая-гадость, вышлет меня отсюда, испугавшись, что я могу быть опасен.

Магия огня непредсказуема, если не обучаться ею управлять. А кто поверит, что обученный боевой маг, приехал сюда полы мыть? Да и откуда у меня взяться силе, если я служка.

Лисса правильно сказала, такая магия слишком редкая, чтобы передалась кому-то просто так. В лучшем случае подумают, что бастард и выкинут. В худшем — вызовут кого-то из жандармов и начнутся позорные разбирательства.

А когда все станет ясно, это будет огромный позор. Дядюшке-то плевать, что о нем скажут, а вот мне — нет."

"Поэтому никак нельзя было, чтобы это дошло до чьих-то ушей. Но я знал тайну Лиссы, она мою. Значит, мы оба будем молчать.

Главное, чтобы она ко мне не приставала сама.

Я хотел выйти из домика, но не мог. Верхняя одежда осталась в комнате с Лиссой. А возвращаться не было настроения. Я с тоской пошел в темную пустую столовую, но на удивление встретил там мужчину, которого видел и ранее.

Кажется, его звали Дастин. Увидев его, я думал свернуть обратно, но он заметил меня быстрее.

— Не спится после ночных происшествий? — Он посмотрел по-доброму. Я промолчал, не желая разговаривать с еще одним чудиком из этого замка. — Может, присоединишься. Моя Виола наготовила столько бутербродов, что одному мне за утро не справиться.

Я вздохнул, все равно ведь не отстанет. В этом замке никто не знал о личных границах. Служки, одним словом.

Подошел и сел за стол, мужчина тут же протянул мне что-то завернутое в бумагу.

— Так тебе не спится? — снова спросил он. — Или всегда так рано встаешь?

— Здесь невозможно нормально спать, — раздраженно ответил я.

— И что тебе мешает?

— Тупой сосед, — специально опустил я пол Лиссы, хватило мне сегодня взглядов остальных. — Дурацкие правила. Унизительная работа. Да и слуги в целом здесь ужасно тупые.

Я хмыкнул, вспомнив все, что меня раздражает.

Дастин на удивление хмыкнул в ответ.

— Как твое имя? — неожиданно спросил он.

— Дэниел, — ответил я, не понимая реакции.

Мужчина как-то отстранённо отреагировал на мои высказывание о правилах и унизительной работе, да и о тупых слугах, хотя и сам был слугой.

— Ты в хороших отношениях с отцом, Дэниел? — Дастин смотрел по-доброму, но от этого я скривился еще сильнее.

— Это здесь причем? — спросил я надменно. Вот только в душу лезть ко мне не стоит. Этого еще не хватало.

— Я, когда был молод, тоже много злился, — просто ответил Дастин, он серьезно посмотрел мне в глаза. — Иногда я даже не мог контролировать свой гнев, так сильно меня все раздражали. Но потом отец дал мне топор.