— Дверь распахнулась, должно быть, от ветра».

Стэн оглянулся. Ранние сумерки. Белесое небо мало-помалу сменилось темно-лиловым, собирался туман и, по-видимому, к ночи зарядит дождь. Туман, сумерки и ни малейшего ветра.

Итак, если дверь не распахнулась от ветра, стало быть, ее кто-то открыл. Зачем? И, судя по всему, дверь очень массивная, тяжелая, раз открылась с таким грохотом. Только очень большой сильный человек может так хлопнуть ею.

Одолеваемый любопытством, Стэн подошел поближе.

Дверь оказалась даже больше, чем он поначалу предполагал: шесть футов в высоту и два фута в толщину.

Наружные доски были обиты латунными полосками. Стэн толкнул дверь, и она наполовину закрылась. Несмотря на свои большие размеры, поворачивалась она на петлях бесшумно, без малейшего скрипа. Стэн решил ее затворить, чтобы посмотреть, насколько пострадала от удара гонтовая обшивка навеса. Оказалось, нисколько не пострадала. «Мистика», — как сказал бы Ричи.

«Верно, это не дверь хлопнула, — подумал Стэн. — Может, реактивный самолет пролетал над Дерри. Дверь, вероятно, была открыта, ведь…»

Нога запнулась обо что-то. Стэн посмотрел — на земле лежал висячий замок.

Вернее, его остатки. Замок был взломан. Похоже, кто-то затолкал в замочную скважину пороху, а затем поджег. Замок был весь раскурочен, из него торчали острые металлические стружки, напоминавшие по форме цветы. Внутри тоже виднелась стружка. Толстый засов свисал набок с одного болта, который на три четверти был выдернут из дерева. Три других болта лежали в мокрой траве. Они были согнуты, точно крендельки.

Нахмурясь, Стэн раскрыл дверь и заглянул внутрь.

Наверх вела узкая винтовая лестница. Внешняя стена ее была деревянная и поддерживалась огромными поперечными балками, которые, похоже, были скреплены колышками, а не гвоздями.

Некоторые из этих колышков были толще, чем рука Стэна в плече. С внутренней стороны стена была покрыта стальными листами, на которых виднелись заклепки, похожие на гигантские фурункулы.

— Есть кто живой? — спросил Стэн.

Никто не отозвался.

Стэн помедлил, затем шагнул к лестнице, чтобы получше рассмотреть, что там, наверху. Никого. Но «нервишки пошаливали», как сказал бы Ричи. Стэн повернулся лицом к выходу… и тут услыхал звуки музыки.

Тихие, отдаленные, но, несомненно, это была музыка.

Играли на каллиопе.

Стэн запрокинул голову, прислушался, настороженное выражение лица у него постепенно исчезло. Да, играли на каллиопе. Музыка карнавалов и больших ярмарок. Она вызывала приятные и в то же время мимолетные воспоминания: воздушная кукуруза, карамель, ярмарочные пирожки в горячем масле, лязг карусельных цепей…

Стэн широко улыбнулся. Запрокинув голову, он поднялся на одну ступеньку, затем на другую и остановился.