Хагарти видел, как Гартон ударил его друга под дых. На лицо Адриану упали волосы. Изо рта хлынула кровь и стекла на рубашку. На правой руке у Гартона было два массивных кольца: на одном выгравированы инициалы деррийской средней школы, другое, латунное, он сделал своими руками в учебной мастерской; на нем были две буквы — «ДК» — сокращение, обозначавшее металлическую группу «Дохлые клопы», любимейшую группу Паука. Эти кольца порвали Адриану верхнюю губу и раздробили три верхних зуба.

— Помогите! — завопил Хагарти. — Помогите! Убивают!

Темные очертания домов на Мейн-стрит вырисовывались смутно, таинственно. Никто не пришел на помощь, даже с единственного островка света — автобусной остановки. И Хагарти не понимал, как так может быть, ведь там стояли люди. Он видел их, когда проходил с Адрианом мимо автобусной станции. Неужели никто не придет на помощь? Неужели никто?

— Помогите! Помогите! Они убьют его! Помогите, пожалуйста! Ради Бога!

— Помогите, — прошептал слева от Хагарти тоненький голосок, и раздалось хихиканье.

— Через перила его! В воду! Задом вниз! — хохоча, орал Гартон. Все трое, как потом рассказывал Хагарти Гарднеру и Ривзу, смеялись, избивая Адриана.

— Помогите! — снова послышался тоненький голосок, и хотя голос звучал без всякой иронии, под конец снова раздалось хихиканье.

Хагарти посмотрел вниз и увидел клоуна. С этого момента Гарднер и Ривз сочли, что Хагарти померещилось со страху; дальнейшие его показания походили на бред сумасшедшего. Затем, однако, Гарднер призадумался. Позднее, когда он установил, что Анвин тоже видел клоуна — во всяком случае, он так утверждал, — Гарднером овладели сомнения. Его коллега Ривз, похоже, не допускал и тени сомнений, во всяком случае, не хотел их испытывать.

Клоун, по словам Хагарти, представлял собой нечто среднее между Рональдом Макдональдом и старым телевизионным клоуном Бозо, во всяком случае, так ему показалось. Такие сравнения пришли ему в голову при виде накладных оранжевых волос. Но впоследствии Хагарти пришел к заключению, что этот клоун не похож ни на того, ни на другого. На белом, круглом, как блин, лице была подмалеванная улыбка, но не оранжевая, а красная, в глазах — какой-то странный серебряный блеск. Быть может, это были контактные линзы, но в глубине души у Хагарти и тогда и впоследствии мелькнула мысль: а может, глаза у клоуна и в самом деле серебристые. На нем был мешковатый костюм с большими оранжевыми пуговицами-помпонами, а на руках — карикатурные перчатки.

— Если тебе нужна помощь, Дон, — сказал клоун, — попробуй ухватиться за воздушный шар…

И протянул Хагарти связку воздушных шаров.

— Они летают, — усмехнулся клоун. — Мы все летаем, а потом опускаемся сюда и плывем. Очень скоро и твой друг поплывет.