Но для меня самое важное, что малыш жив. Здоров. И никаких отклонений узист не заметил. Надеюсь, и анализы ни о чем плохом не расскажут.

В кабинете доктора мы провели немного времени. Аскар задал несколько вопросов, внимательно выслушав ответы.

– Ты что так распереживалась? – уточняет, когда мы уже вышли из здания. Сегодня на улице очень холодно и поднялся сильный ветер. – Все ведь отлично?

– Да, – сложно справиться с эмоциями. Я правда переволновалась. – Да, все отлично.

– Я уж грешным делом подумал, что ты мне руку сломаешь, – смеётся надо мной, а я улыбаюсь в ответ.

– Твою руку захочешь – не сломаешь. Не прибедняйся.

Уже когда мы выехали с парковки, а Аскар успел ответить на два звонка, он вдруг уточняет:

– Ты не сильно торопишься? Я голодный как черт. Позавтракать не успел. Может, заедем в ресторан, перекусим?

– Я совершенно свободна. Да и дома сейчас мне точно не усидеть. Так что я только за.

Пока мы ждём заказ, Аскар на связи с юристами: сосредоточен и серьёзен, зажимает трубку между плечом и ухом. Взглядом дырявит скатерть, а я отворачиваюсь, открываю диалоговое окно и пишу Владе:

Я: «Вышла с УЗИ. Все прекрасно. Вечером наберу:)»

– Ты уже думала, как бы хотела ребёнка назвать?

Поднимаю голову, отодвигая от себя телефон.

Тёмный взгляд прожигает насквозь. Аскар внимательно рассматривает мое лицо. И ждёт ответа.

– Если будет девочка… мне нравится Виктория.

– Айдарова Виктория Аскаровна, – усмехается вновь: ему явно такой вариант не пришёлся по душе. – Ты уверена, что тебе очень нравится? – интонацией выделяет предпоследнее слово. А во мне просыпается ехидна.

– Вообще-то, я примеряла к своей фамилии, – слегка покусываю, да, и даже знаю, чем это чревато. Но последующее резкое замечание лишь вызывает у меня улыбку.

– Вообще-то, это исключено. Мы уже обсуждали.

– Как легко ты выходишь из себя, – на него смотреть страшно: подбородок выдвинут, губы поджаты. Расслабленная полминуты назад атмосфера теперь начинает тяготить. Его. – Я просто пошутила. Если что.

– Это не смешно. Если что.

– Ты с чего завёлся-то? Да, мы обсуждали. Ребёнок будет записан на тебя, я не слишком против, во всяком случае, на сегодняшний день. Что не так?

Его взгляд настороженно падает вниз, а я слишком поздно понимаю, что в порыве опустила ладонь на мужскую руку.

– Оля, эта шутка ниже пояса, – Аскар накрывает свободной ладонью мои пальцы, заключая тем самым в плен мою руку. – Давай впредь в подобном направлении шутить не будем.

– А я думала, что тебя не ранят такие легкие покусывания. С виду ты – пуленепробиваемый локомотив.

– Я на самом деле не такой бронированный.

– Значит, тебе мой выбор не нравится? – мне удаётся освободить ладонь, и я откидываюсь на мягкую спинку.

– Пока непривычно. Это все, что я могу сказать.