К исходу вторых суток я не выдержала. В конце концов, наведываться во дворец мне никто не запрещал, так что… Не знаю, по какой причине Лауринь до сих пор не отчитался о выполнении либо невыполнении задания, но сидеть и ждать я была уже не в состоянии.

Впрочем, до дворца я не доехала – еще на мосту через реку углядела знакомую фигуру и придержала лошадь.

– Госпожа Нарен, – сдержанно наклонил голову Лауринь. Он был на своем норовистом жеребчике, а в поводу вел моего Рута. – Какая неожиданная встреча!

– И правда что… – процедила я.

– Я как раз направлялся к вам, – великосветски продолжал Лауринь.

 – Вернуть лошадь. Вы меня очень выручили.

– Не стоит благодарности, – осклабилась я, поняв, что такие речи лейтенант ведет неспроста. – А я прогуливаюсь. Надоело сидеть в четырех стенах. Впрочем, если вы составите мне компанию за обедом, буду признательна.

– Если прикажете, госпожа Нарен, – Лауринь ответил мне еще более ненатуральной улыбкой.

– Прикажу, – сказала я, заворачивая кобылу. – Мне невыносимо скучно. Вы знаете какие-нибудь свежие сплетни?

– Мало, госпожа Нарен, – пожал плечами Лауринь. – Но что знаю, расскажу.

– Отлично! – воскликнула я преувеличенно бодро и почти всю дорогу выслушивала, кто из придворных дам претендует на звание фаворитки Его высочества. Не иначе Лауринь эти слухи нарочно собирал: не замечала, чтобы он прежде интересовался подобным.

По счастью, до моего дома было не так уж далеко, иначе я могла бы и потерять терпение.

– Госпожа Нарен, – неожиданно произнес Лауринь, исчерпав запас сплетен. – Вы полагаете, нас сейчас могут подслушивать?

– Наверняка не скажу. Думаю, могут, – хмыкнула я.

– С помощью лошадей?

– Нет, – ответила я.

 – Я ведь говорила, что магия на лошадей действует непредсказуемо, так что использовать их в качестве шпионов практически невозможно.

– Ну хорошо, – серьезно сказал Лауринь, – а то если бы я постоянно думал о том, что за мой следит собственный конь…

Я фыркнула от неожиданности, потом рассмеялась в голос, так что какой-то лавочник обернулся посмотреть мне вслед."

"– Если вы не таскаете на себе какую-нибудь дрянь, – произнесла я, отсмеявшись, – то вряд ли в таком шуме нас могут услышать. Но конь у вас вроде бы не нервничает, так что, скорее всего, ничего на вас нет.

Вы не брали у кого-нибудь какие-то вещи?

– Нет, – помотал вихрастой головой лейтенант. – Только шпагу… но она казенная.

Я подъехала ближе, провела ладонью над ножнами. Со стороны могло бы показаться, будто я глажу Лауриня по бедру. Он тоже это понял и приметно покраснел.

– Чисто, – сказала я, – во всяком случае, никаких следов магии я не чувствую. А с приятелями не обнимались?

– У нас такое не принято, – покосился на меня Лауринь. – Руку пожимал, было дело.