— Что это светится? — тихо спросила я, — твой костюм…

— Это одна из продвинутых моделей стандартного, — смесь звуков и пощёлкиваний, — скафандра, улавливает сойриу, преобразовывает её внутри брони. Многое выгорело, но с тобой всё легко. В данный момент беру от тебя, изменяю и применяю для управления.

Он протянул руку, из его указательного пальца вылетел жгут серого свечения и втянулся в ромбовидное отверстие на панели между кнопок, по нижнему краю панорамного окна вспыхнули ряды символов.

Сидеть на нём, как он и предупредил, было жестковато. Я опустила взгляд на ремни. И правда странное решение.

Командор придвинулся ближе к стеклу.

— Нас догнали.

Его левая рука легла на моё бедро, властно сдавила, пролетела по внутренней стороне, вызывая во всём теле волнующие ощущения. Мои щёки покраснели, дыхание участилось.

— Да, малышка. Ты умница, — шепнул командор, погладил по бедру, положил руку на мой живот и приказал: — положи ладони на мою руку.

Я сделала так, как он сказал. Моё свечение, вызванное его прикосновениями, теперь напрямую уходило в элементы на его руке.

Командор прижал меня крепче, выбросил свободную руку вперёд.

— Ручное управление, — тихо сказал он.

На панели открылось отверстие, под его руку лёг рычаг с отверстиями и такими же элементами, как на его броне.

Вокруг рычага засверкали разноцветные вспышки, командор дёрнул рычаг, наша капсула резко ускорилась и нырнула в облако разряжённой пыли и камней вокруг планеты — я удивилась, а ведь издалека это выглядело как кольцо.

Ловко лавируя между бесформенными кусками камней, командор молчал, только слегка поглаживал мой живот кончиками пальцев, вызывая в моём теле волнующие ощущения, и вслед за этим моё свечение.

Вдруг командор бросил капсулу вверх, уклонился от здоровенного булыжника, чуть не врезавшегося нам в стекло. Тут же ухнул вниз, маневрируя, избегая столкновений с кусками льда и камней, казалось бы, в последний момент.

Перед нами показался… я бы приняла бы это обтекаемое нечто — за объёмный треугольник.

В нижней части панорамного окна вспыхнула целая серия символов, затем стекло прочертили световые линии, которые сошлись перекрестьем на цели.

Я вздрогнула — мои ладони на руке командора обожгло, и тут же они утонули в его кулаке.

Командор крепко сжал пятернёй мои запястья, сильно, но не доводя до боли — продолжая другой рукой управлять рычагом, он выпустил серию вспышек разноцветного света.

Объёмный треугольник впереди разлетелся осколками.

— Минус один, — шепнул мне командор.