Увидев его за стойкой с совершенно голым торсом преспокойно попивающим сок, я едва не споткнулась.

Гадёныш был слишком хорош, знал это и пользовался этим вовсю.

– С шоколадной глазурью? – кивнув в сторону коробки с пончиками у меня в руках, осведомился он. Теперь моим обязательным заданием было каждое утро привозить ему пончики с шоколадной глазурью, которыми он заряжался для работы над альбомом.

– Конечно.

Мысленно я закатила глаза. Да если бы пончики были – не дай Бог – не с той глазурью, он бы тут же вытолкал меня за дверь и послал за нужными.

– Отлично. Как раз хочется чего-то жирного и сладкого.

Кейд поставил стакан и вышел из-за стойки. Невозмутимо подошёл ко мне и забрал коробку из моих вдруг ослабевших рук.

Он был голый. Абсолютно. Вот как мама родила. За исключением татуировок и волосатых ног.

Я онемела. Видок у меня был тот ещё, видимо, учитывая, что я пялилась на него с открытым ртом.

Как идиотка.

Но честности ради – там он впечатлял. И я осознала, что впервые за всё время вижу его голым ПОЛНОСТЬЮ! Я не была готова к такому событию этим утром.

Что, мать его, он задумал?!

– Нравится? – Кейд откусил большой кусок от пончика, глядя на меня полностью расслабленным взглядом.

Я моргнула, отметив, что в уголке его рта остался шоколад.

– Ты бы не мог одеться? – сквозь стиснутые зубы попросила я, наконец-то обретя контроль над своим телом, и отвернулась.

Вот блин попала!

– Не-а. Мне так хорошо. Я у себя дома. Какие-то проблемы?

Он засунул остатки пончика в рот, разведя руками.

Ладно, я солгу, если скажу, что не представила, что вместо глазури он облизывает меня. Но учитывая, что я сгорала от – будем говорить прямо – похоти к нему – разве это удивительно?

«Так Лор, притормози!»

– Проблема в том, что я не хочу смотреть на твою голую задницу.

«Ложь, но вроде убедительно. Или мне только так кажется?»

– И мы вроде бы решили, что не будем пересекать эту черту, так что… – я выразительно посмотрела на Фостера-младшего.

– Знаешь, баллончик взбитых сливок и это, – он указал на свой член, – могут заставить тебя передумать. Я всё ещё надеюсь, что ты передумаешь.

О, он был очень доволен собой! Но я не знала – это он так шутит или правда хочет сломить моё сопротивление? В любом случае, мне это не нравилось.

– Можешь и дальше выгуливать своего «приятеля», я беру кофе и ухожу, – проигнорировав замечание Фостера, сообщила я.

И я так и сделала – налила себе кофе в большую чашку и поднялась в свой кабинет, слыша тихое подсмеивание за спиной.

Я почти не сомневалась, что эта дурацкая выходка Кейда не более чем прикол, но вот забавным я его не находила.

***

Жизнь более менее вошла в привычную колею – Фостер по-прежнему был занят записью альбома, я всё так же выполняла его поручения, и всё было неплохо.