На мое предложение послать таких подруг лесом, мне прилетело обвинение, что только я способен бросать и предавать друзей. На такое обвинение даже ответить было нечего, поэтому я проигнорировал. Видимо, не дождавшись ответа, Агата решила сменить тактику. Вечером она прислала кучу эротический фотографий сделанных профессионалом. Меня это никак не тронуло. Сразу удалив все снимки, я попросил ее больше не присылать мне подобный контент.

Видимо, я сильно задел ее своими словами, поэтому два дня она ничего не прослыла и не писала, я даже расслабился, поверив, что Агата все поняла и приняла наше расставание, но вчера ночью, когда Видана уже спала, моя бывшая прислала откровенное «порно». Не понимаю девушек, которые снимают подобные видео и бросают их парням в чаты. Будь я мудаком, этот ролик мог оказаться на порно сайтах. А ведь таких «мужчинок» полно. Я не стал смотреть полностью пятнадцатиминутное видео. Удалил на второй минуте, после того, как она сняла трусы на камеру и, раздвинув ноги, принялась себя откровенно ласкать, что там происходило оставшееся время мне было неинтересно. Мне есть с чем сравнить. И от воспоминаний о прошлой ночи у меня за плечами вырастают крылья. Я готов весь мир перевернуть, только чтобы этих воспоминаний в нашей с Видой копилке становилось больше.

Посоветовав Агате в будущем, подобные ролики не снимать, и тем более не рассылать, потому что стоит думать о последствиях, я, потушив камин, собирался подняться в комнату к Виде. Планы пришлось отложить на некоторое время. Я уже начал подниматься, когда телефон, оставленный на столе, разошелся громкой трелью. Сбросив вызов, поставил смартфон на беззвучный режим.

Написал Агате сообщение, чтобы она больше не звонила, но в ответ получил целую поэму. Решив, что я угрожаю ей, Агата умоляла меня никому не показывать видео, ведь она это сделал из любви ко мне. А когда я ответил ей, что сразу удалил ролик, она обиделась и в меня полетели обвинения, в которых она проговорилась, что знает обо мне и Видане. Ответит ей, несмотря на позднее время, я набрал отцу и попросил его дать мне несколько своих людей, как только вернусь в город. Я не стал рассказывать по телефону, что в мою жизнь вернулась Видана. Обо всем родители узнают от меня лично. Поведение Агаты меня насторожило, лучше перестраховаться, чем потом расхлебывать последствия.

Несмотря на уверения Виды в том, что она мне доверяет, я все равно открываю ей своей голосовые сообщения, пусть слушает и запоминает, что она единственная женщина в моей жизни и это неизменно. У меня было шесть лет, чтобы в этом убедиться. Сообщения Агаты не открываю, Видане неприятно будет слышать ее обвинения и оскорбления.

Моих уверений достаточно, чтобы Вида расслабилась.