– Не понял, значит, – почти ласково шелестит над головой Карлсон и крепче сжимает локоть. Я практически не могу дышать, кровь приливает к голове, стучит в ушах, разрывает виски. Ещё и стою почти раком. И на все мои потуги вырваться, он только сильнее душит, продолжая нашептывать:

– Попытаюсь объяснить тебе еще раз, недоумок. Не знаю уж, на самом ли деле Валерия Сергеевна тебе так нравится или это всё ваши мерзкие ставки… мне вообще без разницы. Я знаю, что из-за тебя, Казанова ты гребаный, вокруг неё всякие сплетни. Так что усвой одно: никакая Лера тебе не светит. Так что спрячь свой неугомонный членик куда подальше и не смей к ней даже приближаться. Ясно? Иначе…

Что иначе – он договорить не успевает. Отчаявшись, я просто со всей дури бью кулаком ему в пах. Тонко ахнув, он выпускает мою голову. Шипя, сыпля матом и морщась от боли, отступает к стене.

Горло дерет до слез, я кашляю, затем выпрямляюсь. Наверное, слишком резко, потому что сразу темнеет в глазах, а стены как будто дрожат и кренятся. Но это буквально на несколько секунд. Потом головокружение проходит.

– Сука! – яростно бросаю я и кидаюсь к нему.

И в этот самый миг в туалет заваливает Влад. Моментально просекает обстановку, делает рывок и ловит меня.

– Тёмыч, ты чего? Совсем уже? Да успокойся ты! – кричит он мне и тут же просительно обращается к Карлсону: – Игорь Иванович, извините его, пожалуйста…

– Не лезь, – психую я, пытаясь оттолкнуть Влада.

Тут заходит кто-то ещё, и ещё. И до Карлсона уже не добраться. А потом он вообще сбегает.

Нет, ну ни одна сука не зашла, пока он меня душил! А тут сразу понабежало… И все смотрят на меня, как на буйнопомешанного.

– Тёмыч, ты совсем уже поехал? – негодует Влад. – Тебе реально в дурку пора, башку лечить! Какого хера ты на него кидался?

– Такого, б***! Он сам спровоцировал.

– Угу, конечно. То-то он, бедный, по углам от тебя щемился. Короче, Тёмыч, без обид, но тебе лучше щас поехать домой. Ты просто реально не в адеквате. Давай я тебе такси вызову, – Влад сжимает мне плечо.

– Сам вызову, – скидываю его руку и вылетаю из уборной.

38. Лера

Собрать волосы или так оставить, размышляю, стоя у зеркала. Потом вдруг замираю, опуская руки. Господи, что я делаю? Зачем согласилась пойти на этот дурацкий концерт? Причем на какого-то неизвестного диджея. Тоже нашлась тусовщица. Если бы ещё в театр, на какую-нибудь хорошую вещь, а тут… Бред какой-то. Что вообще на меня нашло? Впрочем, ясно что. Я просто психанула. Согласилась на эмоциях, назло Шаламову. В общем, сделала то, что своим клиентам советовала никогда не делать.