– Девочка… вот и я всю жизнь мечтала о дочке, – тяжко вздохнула Софи. А потом произнесла задумчиво: – выходит, там была и Аглая. Если кто-то и знает, что произошло в Шарташском доме – только она.

Глава 9. Алекс

В тот вечер помолвки, когда Лиза, разругавшись с Алексом, вихрем пронеслась мимо гостиной в свои комнаты и более оттуда не вышла – и матушка, и Лев Александрович, конечно, вопросительно поглядели на брошенного жениха да стали ждать объяснений.

– Лизонька устала и попросила за нее извиниться… – вымученно улыбнулся им Алекс.

Родственники оказались понимающими, характер Лизоньки знали, а потому более ничего не спросили.

Алекс же чувствовал, что некая недосказанность меж ним и Лизою осталась, но сомнения гнал. Свадьба – дело решенное, и более здесь обсуждать нечего. Да и некогда было раздумывать: следующие дни он провел в хлопотах. Следовало уладить предсвадебные дела, дать объявление в газету, решить вопрос с приданым да снова готовить документы о правах на дедово наследство.

Что касается дня венчания – Алекс все сделал, чтобы его приблизить. Он настаивал на ближайшем воскресении, в крайнем случае, на следующем. И матушка в кои веки горячо его поддержала. Однако, как на зло, на дворе стоял март, время Великого поста – а церковь венчание в постные дни настрого запрещала.

Не вовремя встрял и Лев Александрович:

– Нет уж, милый Алекс, пускай все по-людски будет: нам торопиться некуда. Потому Великий пост обождем. Лизавете и наряд справить еще надобно, и родню из Петербурга дождаться.

Пришлось подчиниться. Дату назначили на вторую половину апреля.

С Лизой в эти дни увидеться ему не пришлось. Впрочем, она и в коротких записках умудрялась быть самою собой и забыть о себе не позволяла. Такая записка – в ответ на посланную коробку орхидей – ждала Алекса вечером следующего дня, как только он вернулся в особняк.

«Дорогой Александр Николаевич, хоть и сумела я разобрать Ваш почерк только с третьего раза, все же горячо Вас благодарю за цветы. А так же прошу принять мой небольшой предсвадебный подарок Вам. Лиза»

«Небольшой» подарок в гостиную сумели внести только двое лакеев, бочком протискиваясь в двери. А несли они, раскрасневшись от натуги, огромный и, по всему видно, что тяжелый, ящик.

– Куда ставить прикажете, барин? – кряхтя, поинтересовался один.

– Э… здесь и ставьте, – растерялся Алекс.

Впрочем, когда сорвал оберточную бумагу и прочел надпись на немецком, тотчас пожалел, что отпустил парней так рано – подарку было место явно не в гостиной. Подарком оказалась печатная машинка «Ремингтон» 1880-х годов выпуска.

Глядя на это чудо, Алекс испытывал смешанные чувства.