— Я думала, что токсикозы случаются обычно по утрам.

— Скорее реакция моего организма на разговор с Массимо.

Услышать его имя — все равно что получить удар кувалдой прямо в грудь.

Прошло почти десять недель с похорон нашего отца. Нера должна была встретиться с Массимо на следующий день, но когда она позвонила в тюрьму, чтобы подтвердить встречу, ей сообщили, что наш сводный брат находится в одиночной камере и все встречи с ним отменены на ближайшие два месяца. Я предполагаю, что это касается и писем, но теперь это не имеет значения, потому что я так и не осмелилась ему написать.

Я не понимала, как много значили для меня эти письма, пока не перестала писать. Но с меня хватит.

Говорят, слова могут ранить сильнее любого оружия. Это абсолютная правда. Пятью короткими словами Массимо пронзил мое сердце, разорвав его на миллион кровоточащих кусков. Разрубив глупую надежду, что таилась внутри.

Мне нужна только ты, Нера.

Его бездумные слова ранили меня слишком глубоко, и я не могу выкинуть их из головы. Как бесконечный кошмар, они терзают мой беспокойный разум, вытесняя мои прежние мечты. Мои дневные фантазии о нашей первой встрече.

Его руки обнимали меня в крепких, мужских объятиях. Как он сжимает меня так сильно, что я не могу дышать.

Боже, я такая дура! Это все, что я могу сказать себе. Я бы посмеялся над своей глупой задницей, если бы мне не было так больно. И знаете что ещё хуже? Он все еще снится мне. Только теперь у него есть настоящее лицо, которое преследует меня во сне. Каждую ночь мы с ним, окруженные людьми, одетыми в черное. А потом, это короткое, легкое прикосновение его пальцев к моей щеке. Мое глупое, глупое сердце просто не хочет его отпускать.

Не хочет его отпускать.

Массимо.

— Что он сказал? — спрашиваю я.

Нера поднимает глаза, и наши взгляды встречаются в зеркале.

— Он хочет, чтобы я вышла замуж за Батисту Леоне.

Я в шоке смотрю на сестру.

— Что?

— Получается, что все эти годы наш отец был просто марионеткой Массимо. Семью контролирует наш сводный брат. Он распоряжался всеми делами еще до того, как попал за решетку. И он намерен делать это до тех пор, пока не выйдет на свободу и не займет официальный пост. Если я выйду замуж за Леоне, это будет гарантировать, что он и дальше будет управлять Семьей.

— Это… безумие, — выдавливаю я. — Ты не можешь выйти замуж за эту старую свинью.

— Я должна. Это единственный способ уберечь моего ребенка.

— Я не понимаю.

— Леоне — тот, кто заказал убийство нашего отца.

Моя челюсть ударяется об пол. Этот грязный подхалим, который всюду следовал за папой, как гребаный щенок?

— Я… Ты уверена?

— Да. И Леоне не колеблясь убьет моего ребенка, если посчитает, что этот ребенок представляет для него угрозу.