Мне просто нужно ещё несколько дней.

Я скрещиваю руки на спинке стула и наклоняю голову.

— Твои проблемы в бизнесе не имеют никакого отношения к нашей сделке. Срок оплаты был вчера.

— На следующей неделе. На следующей неделе я все оплачу.

— Ладно. — Я киваю и поворачиваюсь к Пеппе, который стоит слева от меня. — Там, в ящике, ножницы для мяса. Отрежьте ему мизинец.

— Массимо, — раздается голос Элмо из угла комнаты. — Это действительно необходимо? Он же сказал, что заплатит.

Я оглядываюсь через плечо, пронзая сводного брата своим взглядом. Его лицо имеет странный зеленоватый оттенок, и он судорожно сжимает руки. Даже в своем модном, сшитом на заказ смокинге он все еще выглядит как ребенок. На прошлой неделе Элмо исполнилось восемнадцать, и его отец, дон бостонской Cosa Nostra, решил, что сыну пора принимать более активное участие в делах семьи. Эта ""встреча"" должна была стать для Элмо знакомством с менее пикантной стороной бизнеса.

Жаль, что Элмо не создан для такой жизни. К слову, как и его отец.

— Мы не благотворительная организация, Элмо. Ты же не хочешь, чтобы этот подонок ходил и трепал языком, что La Famiglia стала слабой, не так ли?

По комнате разносится пронзительный вопль.

— Нет, но… — взгляд Элмо устремляется в сторону Карло, которому, судя по звукам, только что лишили пальца. — Боже мой. Я… меня сейчас стошнит.

Я сжимаю переносицу и выдыхаю.

— Уходи, Элмо."

"— Ты же знаешь, я не могу. Папа сказал…

— И я сказал, убирайся отсюда к чертовой матери! — Если он опустошит свой желудок перед нашими людьми, он потеряет их уважение. А в Коза Ностре уважение — это всё.

Я встаю и подхожу к своему сводному брату, игнорируя все более жалкие вопли Карло. Лицо Элмо стало таким бледным, что стало прозрачным. Положив руку ему на плечо, я успокаивающе сжимаю его.

— Я поговорю с Нунцио. Ты уже выбрал колледж?

— Да, но… Я не думаю, что он мне позволит. Он хочет…

— Мне плевать, чего хочет Нунцио. Считай, что все уже сделано. И перестань гладить свой чертов галстук. — Я поправляю ткань, которая была криво завязана на его воротнике. Парень не любитель костюмов, это точно. Мой портной чуть ли не сошел с ума, пытаясь заставить Элмо стоять на месте, пока тот снимал мерки. — Иди, наслаждайся вечеринкой. Я скоро приду.

С глубоким вздохом Элмо кивает.

— Спасибо, Массимо. — Он касается ладонью моей груди и в следующую секунду уже выходит за дверь.

Я оборачиваюсь, готовый закончить свои дела здесь. Карло прижимает к окровавленной руке кухонное полотенце и хнычет, как киска.

Четыре пары глаз прослеживают мой путь к полке, где Пеппе оставил ножницы, засунутые между двумя банками вяленых помидоров. Я достаю из кармана зажигалку и держу слегка изогнутые лезвия ножниц над пламенем.

— Дай мне свою руку.

— Зачем? — хрипит Карло.