— Дядя Саид делал? — тихо проговорила она, но от еды отказалась, потому что была просто не в состоянии проглотить и крошки.

— Да. Знаешь его?

— Он очень хороший человек. Не гоняется за богатством, не ищет звезд на небе. Он просто делает то, что умеет, ради своей семьи.

Я прикоснулся к бледному лицу Лилу, с болью подумав о том, что она слишком рано научилась узнавать суть людей.

— Когда мама была жива, мы частенько приходили к нему, чтобы перекусить. И всегда еда была свежайшей и очень вкусной.

Она сказала это, и голос сорвался.

Потому что боль и ужас оглушили с новой силой.

Мамы больше не было.

Моя Лилу боялась потерять своего брата и остаться без той единственной ниточки, что еще держала ее у земли и заставляла двигаться только вперед, несмотря ни на какие препятствия.

— Лео поправится после операции. Нет ни единого шанса, что ему станет хуже, я обещаю тебе!

И я знал, что говорил.

Потому что мой нюх и звериное нутро были настроены в этот момент не только на Лилу, но и на Лео. Он был по-прежнему без сознания, но хуже ему определенно не было.

Я бы даже сказал, что мальчик был спокоен и собран, потому что чувствовал, что происходит вокруг, и был к этому готов больше, чем его перепуганная сестра.

Его сердце стучало глубоко и ровно. Боли не было. Была только огромная усталость и надежда на то, что скоро сила и здоровье вернется к нему.

И оно вернется.

Я помогу.

— …Это даже не операция, — тихо отозвалась Лилу, а я настойчиво и уверенно вложил в ее руки стакан со сладким пряным чаем, который Саид сделал специально для нее, и подтолкнул к губам, чтобы девушка сделала хоть один глоточек.

— В прямом понимании — совсем не операция. Лео ничего не будут резать или зашивать.

Она послушно сделала небольшой глоточек и чуть улыбнулась.

Лилу успокаивалась, когда говорила, и потому я кивнул, тем самым выражая свою просьбу продолжить этот рассказ о том, чего я совсем не знал.

— Дольше идет подготовка к манипуляциям, чем сама манипуляция.

— Как это всё будет происходить?

— У донора возьмут биологический материал — костный мозг, а затем ведут его в Лео.

На первый взгляд всё довольно просто, но никто не может предугадать заранее, как поведет себя организм Лео, — Лилу выдохнула с дрожью, а я снова приподнял ее руку, не дав позабыть про чай, и она выпила снова. — Заранее проводилась очень серьезная химиотерапия, которая убивает напрочь не только вредоносные клетки, но и практически весь иммунитет. Это делается, в частности, и для того, чтобы у тела было меньше шансов отторгнуть инородные материал.