Но и важность присутствия рядом, их любви, просто тепла этих объятий, ее затихающих рыданий — теперь ценнее вдвойне. Воздух слаже показался, хотя сидят на полу все в том же больничном санузле…

— Ты почему лекарство не приняла, девочка моя золотая? — как уловив, что ее немного отпустило, сурово и недовольно поинтересовался Денис. — Я же тебя просил о себе подумать в первую очередь!

— У меня так не вышло, — призналась честно, всхлипнув. — О тебе только и в первую, и во вторую, и в остальные все. Без тебя не нужно ничего, — передернула плечами, какое-то бессилие испытывая.

Но в этот раз правильное, что ли, хорошее опустошение из-за того, что все из себя выпустила, сбросила ту неподъёмную тяжесть.

— Значит, теперь понимаешь меня, когда я ни о чем, кроме тебя, думать не могу? — хмыкнул Шуст, целуя ее скулы, ресницы, губы, влажные от слез.

— Понимаю, — кривовато усмехнулась, но больше устало, почему-то осознав, что накатила сонливость, которой нет сил сопротивляться.

— Так не заставляй меня и дальше бояться за тебя, чудо! Я же спать не в состоянии, постоянно думаю, как эти гребанные раковые клетки поджидают, чтобы украсть тебя у меня! — рявкнул… но тихо, будто заметил, что она отключается, не хотел тормошить.

— Давай уже завтра, пожалуйста! Я просто хочу с тобой посидеть, Денис… Не представляю, как несколько суток вновь не касаться, — превозмогая свою сонливость, попросила чуть жалобно, поерзав, чтоб удобней устроиться в руках любимого.

Денис шумно выдохнул, сильнее стиснул руки.

— Что ж, не могу не признать, что ты умеешь так же метко доводы находить, как и стрелять, оказывается, чудо.

Согласен, что и сам сейчас этого просто не вынесу, золотая моя девочка, — нежно к ее губам прижавшись, тихо хохотнул муж.

И медленно поднялся с Талой на руках, явно направившись к кровати в палате.

— Давай, хоть удобней тогда устроим тебя, чудо. Да и врачам я про смену планов и перенос мероприятия на завтра, должен сообщить, — пояснил, увидев, как Тала судорожно в его рубашку пальцами вцепилась, чтобы не отпустить. Не в этот раз…

Но… ладно, тут смысл был, пришлось позволить.

Глава 34"

"Врачи не просто согласились, а и сами настоятельно порекомендовали перенести процедуру, давя на то, что в таком состоянии, пациентка воспримет все гораздо тяжелее.

И хоть Денис почти физически не мог уже выдерживать пресс постоянного реального страха, что раковый процесс к ней вернётся, сам тоже не дурак, понимал: в этот момент Талу еще и через лечение радиацией проводить — только добивать психику. Достаточно адекватен был, чтобы осознавать: выдохнув, она гораздо проще и легче выдержит все, что необходимо.

Да и ему спокойней.