— Все вон! Оставьте меня с женой. Сейчас же."

"Голос Дениса был настолько тихим и ровным, и прозвучал так неожиданно на фоне этой ее истерики и всеобщей суматохи, что показался галлюцинацией в первую секунду.

Попыталась проморгаться, как-то этими непослушными пальцами, которые уже колоть ледяными, болезненными иглами начало, растереть лицо…

И тут ее просто в охапку сгребли родные и знакомые ладони! Облегчение, для которого просто не существовало слов!

Притиснул к себе, впечатал в свое плечо, шумно втянув в себя воздух, прижался губами к виску… Давяще, твердо, алчно… Денис! Родное тепло, родной запах кожи! Эта сила… Не физическая, хотя и ее с избытком, на двоих сейчас хватит! Но и характера мощь, что ли.

Тала и не заметила, когда они одни остались. Сама в него вцепилась так, словно он единственное спасение в этой буре, нежданно захватившей разум. Но ведь и было так! Никто не смог бы ее сейчас без всяких слов понять! Никому не поверила бы просто…

— Денис… Любимый мой… Живой! — вышло сипло, с рыданиями, хватанием воздуха губами…

— Я, чудо мое. Я. Тут, живой. Невредимый.

Почти даже целый, говорил же, царапина. Все хорошо со мной. Ну зачем ты себя изводишь, девочка моя золотая?! — отозвался он настолько же хрипло. Так, будто его внутри сжигала мука из-за ее состояния.

Волосы Талы гладил, накручивая на пальцы, придавливая ладонью, как сам сдерживался, чтоб не притянуть ее сильней!

— Ну почему не приняла лекарство?! Зачем руки свои заморозила. Хочешь еще и заболеть?! — рыкнул, точно что дракон, в свою пригоршню обе ее ладони заграбастав…

И вдруг напал на ее губы своими алчными, как выпивая и рев, и истерику, и самое дыхание Талы, своим заменяя.

Словно пытался уверенность и хоть толику собственного спокойствия и равновесия внушить. Притянул ближе, подняв с кафеля, усадил на колени к себе. А Тала все сильнее за него цепляется, наконец-то, сумев нормально вдохнуть.

Впервые за весь день разжались сковывающие блоки, что загоняли в истерику. Выдохнула, распластавшись по мужу. Его теплом отогреться пыталась, только сейчас осознав, насколько внутри замерзла, не реальный, а душевных холод испытывая из-за своего страха. К его шее губами прижалась, там, где уверенный и сильный, но настолько же лихорадочный как у нее самой, пульс стучал.

И слов не надо даже, никаких объяснений, рассказов, заверений! Живой, целый, с ней рядом… Счастье, силу и ценность которого, только сейчас в полной мере оценила, почему-то подумав, насколько же тяжело самому Денису было тогда, когда он ее догонял. Что ж, в расчете теперь.

Вот уж правда, оба заставили, хоть и ненарочно, друг друга досконально эти грани ужаса вероятной потери испытать.