Разворачивает меня лицом к деревянному комоду. Сам прижимается сзади. Прямо по курсу мерцает зеркало, отражая слияние наших теней.

— Моя принцесса, — шепот ударяет в затылок.

Рустам за секунду умудряется распустить тугой пучок на моей макушке. Медленно выпрямляет спутанные локоны, пропускает сквозь пальцы. Склоняется, жадно вдыхает аромат моих волос. В этом простом жесте столько затаенной страсти, что у меня враз перехватывает дыхание. Рефлекторный трепет разливает по телу.

Он такой темный. Огромный. На его фоне кажусь невероятно хрупкой. Фарфоровой. Дьявол за моей спиной.

Личный. Мой."

"Я опираюсь ладонями о прохладную поверхность комода. Отчаянно стараюсь удержать призрачное равновесие. Сердце бьется о ребра до такой степени мощно и гулко, что мне становится больно.

Рустам перебирает мои пряди. Заплетает волосы в косу. Каждое движение обостряет накал до предела, оголяет нервы, обнажает чувственность.

Я и не подозревала, что это может ощущаться так. Дико интимно. До жути горячо. Он ничего особенного не совершает. Однако мой рассудок плавится.

Наивная. Думала, ему захочется одежду срывать, играть с причудливыми ремешками на комплекте нижнего белья.

Нет. Его главный интерес — я. Остальное лишь декорации.

Рустам наматывает косу на кулак. Тянет назад. Горячие губы накрывают мою шею, запечатлевают обжигающий поцелуй, бьют прямо в пульсирующую артерию.

— Юля, — шепот будоражит. — Верь мне. Всегда. Что бы не происходило вокруг, даже если мир сойдет с ума. Доверяй до самого конца.

Слова Рустама будоражат. Вызывают тревогу. Это похоже на затишье перед очередной бурей. У нас столько врагов. Они никак не успокоятся.

— А что должно произойти? — спрашиваю чуть слышно, не желаю рушить магию момента, но и от вопроса удержаться не способна, ведь я должна понимать, к чему готовиться.

— Будет грязно и жестко, — выдает Рустам, прикусывая мочку моего уха. — Но мы справимся. Если бы я знал, разрушил бы чужие планы, уничтожил на корню. Я бы не допустил ничего дурного. Для тебя. Никогда. Только тут ситуацию трудно взять под контроль.

— Ты чувствуешь, — судорожно сглатываю. — Подозреваешь, да?

— Есть догадки, — уклоняется от прямого ответа.

От этого становится еще страшнее.

Однако его властные прикосновения гасят мой безотчетный испуг. Быстро подавляют вдруг вспыхнувший ужас. Под горячими невозможно не расслабиться. Разум плавится, завожусь все сильнее.

— Я бы хотела знать все, что знаешь ты, — выпаливаю, сквозь тягучий морок, застилающий сознание. — Расскажи, прошу тебя.

— Всегда помни главное, — накрывает мою ладонь, чуть сдвигает кольцо, обнажая старый шрам на безымянном пальце. — Моя жизнь в твоих руках.

— Моя, — повторяю в тон ему. — В твоих.

Старые признания не ржавеют.