Он мгновение насыщался этим совершенством, а потом отклеился от двери и двинулся в следующую комнату. В библиотеку. Тут стены были белыми, как и пол, а единственный свет исходил из ряда больших ламп на белом потолке с матовым стеклом — таким, чтобы давать рассеянное, легкое освещение.

Библиотеку заполняли шестнадцать покрашенных в черный цвет стеллажей, на каждом — по восемь полок, набитых книжками. Естественно, что и книжки переписчики делали согласно его указаниям: оправленными в белую кожу так, чтобы ширина и высота каждого тома были идентичны. До доли дюйма.

На каждой полке находилось шестьдесят четыре тома, расставленные так, чтобы между их обложками нельзя было всунуть и страницу.

Порядок ненадолго успокоил душу Первой Крысы. Зная наизусть расстановку книг в этой библиотеке, он мог посреди ночи с завязанными глазами войти сюда и, не натолкнувшись ни на одну полку, найти любой из пяти томов «Гор крови и слез, или Истории покорения манелавов и довсов» авторства графа гле-Омниона — или «Колесо Ванхериса и Монзельский Дуб — введение в проблему аспектов» Мавиуса Карла.

Ох, если бы старый чародей знал, что на самом деле означают «проблемы с аспектами».

Счастливчик.

В углу библиотеки стояло кресло, тоже обшитое белой кожей. Люво подошел к нему и с тихим вздохом провалился в безопасную мягкость. Медленно успокаивал мысли и тело, формировал их, уплотнял. Потянулся к тайнику, встроенному в левый бок кресла, и вынул фарфоровую бутылочку. Увы, медику-алхимику, который делал для него лекарство, не удалось придать тому белоснежный цвет, а потому посудина, которой Первая Крыса пользовался, была непрозрачной. Жидкость внутри имела зловещий красный оттенок, а потому, если бы он ее видел, то никогда не сумел бы сделать и глотка.

"

"Он отпил. Вкус ванили и ореха был бы приятен, когда бы не напоминал большую часть жизни о тюрьме, в которой находился его разум. И снова, чувствуя, как лекарство начинает действовать, Люво испытал желание расплакаться. Свернуться в клубок и захныкать.

В таком состоянии годы назад его отыскал Эаргон-лот-Менхе, Четвертая Крыса Норы, во времена Великой Войны с се-кохландийцами. Вернее, в таком состоянии ему представили Люво. Худого мальчишку — невозможно было угадать его точный возраст, — плакавшего и скулившего, едва ему сняли повязку с глаз.

Но сумевшего слово в слово повторить содержание разговора, который он слышал, когда ему было пять лет, перемножить в уме восьмизначные цифры и разложить триста предметов в правильной последовательности, даже когда он успел всего лишь один раз взглянуть на них.

Задания. Они стали единственным, что в те времена удерживало его разум и не давало распасться на куски. Он должен был получить задание и выполнить его.