Обернуться боюсь и на него смотреть. Слишком больно сейчас, внутри настоящий ураган. – Ты страховой полис забыла, возьми, - произносит он, делая пропасть между нами еще больше.

Хмыкаю в ответ.

- Боишься, что снова вернусь за чем-то? – спрашиваю с горечью в голосе.

Вырываю из его рук несколько сложенных пополам листов и практически выбегаю из квартиры. Подальше от этого всего дерьма, которое вылилось мне сегодня на голову со всех сторон.

Глава 3

Чтобы не сойти с ума, люди обычно переключаются. Я бы с радостью переключилась на работу, но, как заметила моя еще утром любимая, а сейчас взбесившая свекровь, работы у меня нет.

Я вышла замуж и свесила ножки…

Ох…

Игорь ответил матери правду: это было наше с ним совместное решение, и настоял на нем именно муж. Но мне всё равно обидно. Хочется вернуться и доказывать, доказывать, доказывать…

Только что и кому? Женщине, которая уже предлагает сыну присмотреться получше к какой-то более подходящей девице? Нет уж…

Но не думать, чем же я ей не угодила, сложно."

"Еду на встречу с Инной в надежде выговориться хотя бы подруге, но и тут чувствую полное разочарование и обиду.

Инна хватает вещи, быстро благодарит меня звонким поцелуем в щеку и обещает, что мы встретимся на днях и обязательно проговорим весь вечер, но сегодня она не может.

Я чувствую себя во второй раз брошенной, следя, как подруга стучит каблуками, удаляясь прочь по глянцевому плиточному полу торгового центра. Размахивает чехлом с моим платьем и пакетом, в котором коробка с новенькими туфлями от известного японского дизайнера.

Инна ничего мне не обещала и ничего плохого не сделала, но я неожиданно даже для себя и на нее тоже начинаю злиться.

Все мною пользуются. Бесстыже. А потом выбрасывают…

Свекровь ни разу даже замечания не сделала, всегда хвалила, улыбалась в глаза, по голове гладила и называла доченькой, а потом…

Про ее сына я вообще молчу. Как он представляет мою дальнейшую жизнь без него? Мы же договаривались, что будем вместе в горе и радости. До самой смерти. В шутку «мечтали», что идеальной смертью для нас было бы разбиться на личном джете, возвращаясь с празднования моего восьмидесятилетия где-то на Мальдивах. А теперь?

Игорь разобьется с щедро предоставленной мамой новой женой?

Вместо успокоения я с каждой секундой все сильнее вскипаю. Близка к тому, чтобы позвонить Игорю и устроить телефонные разборки.

Первый шок отпускает и теперь я чувствую себя незаслуженно обиженной стороной.

Уже достаю из сумочки телефон и почти набираю мужа, когда взгляд натыкается на витрину ювелирного бутика. Торможу, приглядываюсь…

Идея осеняет внезапно, но нравится дико. Поступлю хитрее. Пусть он мне звонит. Если Игорь думает, что со мной можно поступать так, как он позволил себе утром – зря.