Когда темнеет не выдерживаю. Решаю под предлогом забрать нужные вещи поехать домой. Обследую хорошенько квартиру на наличие в ней другой женщины. Хотя не думаю, что Игорь впустил бы на свою территорию кого-то. Тем более учитывая, что там везде следы присутствия его все еще жены.

В окнах нашей квартиры горит свет. Квартира на втором этаже, жалюзи закрыты. Но я четко улавливаю две тени. И одна из них женская!

Внутри меня вскипает гнев.

Теперь все встает на свои места.

Игорь просто хотел развода, потому что у него другая женщина и когда подвернулась такая прекрасная возможность – воспользовался ею на полную.Я могла бы развернуться и уйти, чтобы выплакать свою подтвердившуюся догадку, но злость бьет через край. Хочу мстить. Обличать. Наказывать.

Убедить весь мир, что предательница – я, чтобы потом спокойненько развлекаться с другой, – это слишком жирно. Я не подарю Игорю такую роскошь.

Поднимаюсь в нашу квартиру, тихо открываю ее своим ключом и ступаю внутрь. Слышу голоса. Мужа и женский. Мне сразу же хочется придушить неизвестную гадину. Она смеется. Произносит что-то интимным полушепотом.

У меня от возмущения волосы дыбом становятся.

Собиралась затаиться, дождаться, когда начнется «горяченькое», и только после этого дать о себе знать. Вместо этого громко бросаю ключи на полку и шагаю в сторону нашей гостиной.

– Знаешь что, Серебрянский… – Начинаю говорить еще в коридоре. С возмущением. Совсем без ласки. А остановившись в дверном проеме – замираю и захлопываю рот.

Потому что на стуле, в коротеньком, ни разу не приличном, я бы даже сказала жутко вульгарном платье, забросив ногу на ногу и покачивая в руке бокал сидит не неизвестная мне охотница за богатыми мужчинами. И даже не вчерашняя спутница Игоря, а моя сестра.

Кажется, что мы удивляемся друг другу одинаково сильно. С губ Марины сползает улыбка, а я в миг забываю, что собиралась предъявить мужу.

Перевожу удивленный взгляд на него. Он хмурится и трет брови. В руках – бутылка вина. Видимо, подливал.

Снова смотрю на сестру. Теперь внимательно. Отмечаю, что она сделала укладку, нарисовала стрелки, нарумянила щеки…

В груди зарождается новое раздражение. Неужели она…

– Ой, Агата… Ты вернулась… – Марина отставляет бокал и всплескивает руками. Тянется за вторым. Пустым. Наверное, предназначенным для Игоря, но он отказался. Покачивает его, предлагая мужу всё же налить.

– Мне не надо.

Но мы пересекаемся взглядами. Он слушается меня. А я быстро отвожу глаза. Воспоминания о прошлом вечере болезненно ноют в душе.

– Что ты здесь забыла, Марина? Я же сказала, что у нас с Игорем жить не получится…

– Так а разве я жить? Я в гости к любимой сестренке…

Я не верю ни единому ее слову.