— Она не моя Виктория, — поправил, переходя к следующей машине.

— А почти все в лагере считают, что твоя.

Развернувшись, я впился в Маркуса взглядом.

— Ну-ка, рассказывай, что там случилось?

— На утреннем совещании ученых одна из женщин, кажется химик, во время обсуждения вчерашнего происшествия намекнула на ваши с Эргер особые отношения. Ты же понимаешь, вас нашли прижатыми друг к другу…

— Если б не это, нас бы сегодня экстренно отправили домой в тяжелом состоянии, — заметил я и высморкался.

— Да, судя по твоему состоянию, так и было бы. Кстати, дочка генерала тоже заболела, но это не помешало ее коллегам всячески намекать, что вы любовники. А она… очень странная женщина, — заметил приятель.

Мне сразу вспомнился вчерашний курс физики, и я содрогнулся.

— Не то слово.

— Так вот, вместо того чтобы облаять тех, кто намекал, она спокойно высморкалась и тихо ответила, что, если кто-то нуждается, она может помочь тем же способом на холоде сблизиться. Раз многоуважаемые коллеги считают этот вариант лучше романа на работе, то, так и быть, она доверится их опыту и окажет такую услугу. Бесплатно.

— Если и дальше будут распространять слухи, то им помогу уже я. Результат станет стопроцентным, — сухо добавил я.

— А ты более злой, чем Эргер.

— Видимо, воспитание подкачало. Мама всегда говорила, что ее труды прошли даром.

— Ты редко говоришь о родителях, — заметил Маркус.

Поняв, что сболтнул лишнего, скорее всего, из-за простуды бдительность потерял, решил, что точно надо заткнуться.

— Держи списки. Закончи инвентаризацию, а я пойду сменю твою ненаглядную.

— Завидуй молча, — полетело мне вслед.

* * *Виктория Эргер

Ненавижу этот мир…

— Выглядишь ужасно, — оценила мой вид Орла.

Я чихнула, и подруга молча протянула платок.

— Почему, несмотря на прогресс и высокие технологии, ученые так и не научились лечить насморк? — ныла я, сморкаясь.

— Нет предела совершенству, — философски заметила майор.

— Предполагаю, отец уже знает о вчерашнем происшествии, и это после обещания больше не попадать в опасные ситуации, — продолжала я жаловаться.

— Ну ты же не виновата в произошедшем, — нахмурилась подруга.

— А кого это волнует? Точно тебе говорю, это моя первая и последняя командировка. Папа костьми ляжет, но не позволит больше ничего подобного.

— Ты расстроена, что не сможешь открывать новые планеты? — недоверчиво вскинула брови Орла.

— Не сказала бы, — ответила, немного подумав. — Эта экспедиция надолго отобьет охоту.

— Когда она подойдет к концу?

— Еще неделя. Моя работа идет чуть впереди остальных, думаю, закончу раньше.

— Остался последний объект? — понимающе улыбнулась подруга. — Какой?

— На мой взгляд, самый интересный.