Драг заметил мои ужимки и прибавил температуру в кабине.

— Еще минимум два часа. Это один из самых отдаленных объектов, даже при нашей скорости дорога довольно дальняя.

— Хорошо, что работа на нем окончена, больше ехать не придется. Как же тяжело на еще не обжитых планетах, — устало заметила я.

— Так всегда было. Сначала люди осваивали континенты, потом системы. Теперь вот все дальше и дальше колонизируем космос.

В машине воцарилось уже привычное молчание. Каждый думал о своем, автопилот нес нас по пересеченной местности, рассекая ночной мрак. Периодически над нами пролетала какая-то живность, заставляя вздрагивать. Но ночная жизнь нам не мешала, она шла своим чередом. Иногда мирно, иногда не очень.

И только я подумала, что хоть в этот раз все прошло спокойно, как сработал закон подлости, единственный незыблемый во всех уголках Вселенной. В космоавтокар ударилось крупное животное, упавшее сверху, в ту же секунду стекло входной двери разлетелось, засыпав лицо осколками.

Машина резко остановилась, заставив тела по инерции вписаться в панель управления, — повезло, что не перевернулись. Грудная клетка от удара болела, и я старалась облегчить боль, отдышавшись. Воздух приятно холодил, позволяя прийти в себя.

— Виктория, вы как? — Стоун, развернув меня к себе, всматривался в лицо.

— Вроде цела. Что произошло?

— В нас кто-то врезался. Возможно, животные в небе сражались, и это был проигравший, — предположил полковник.

— Не мог он проиграть где-нибудь в другом месте? Ну почему именно мы? — едва не взвыла.

— Вопрос по делу, но он останется без ответа. Нужно выйти и осмотреть повреждения, достать необходимые вещи. Заодно доложу об аварии. — Бормоча, драг выбрался наружу.

Активировав плокстор, он связался с базой, рассматривая расплющенный нос машины. Да мы чудом остались живы!

Обратно Стоун вернулся мрачный.

— Нас заберут через два часа.

— Но… — Я задохнулась от возмущения, так и не договорив.

Тепло выветрилось из кабины моментально, я начала мерзнуть и зябко обхватила себя руками. Если животина нас не добила, это сделает холод. Тупиковая ситуация.

Выбора не было, мы молчали, думая, как быть дальше. Еще и замерзали.

— Виктория, поймите меня правильно, но для того, чтобы согреться, нам надо стать… ближе. Иначе, боюсь, до того, как нас спасут, мы обзаведемся осложнениями со здоровьем, если вообще дождемся помощи, — сдержанно заметил Стоун.

— Насколько ближе?

На предложение отреагировала спокойно. Нафантазировать романтический или эротический подтекст можно в тепле и сытости. А тут ужасно хочется есть, ног вообще не чувствую, зуб на зуб не попадает, и тело потряхивает от потери тепла.

— Очень близко. — Судя по голосу, полковник тоже был на пределе.

Температура в кабине неуклонно снижалась.