С нарастающей жадностью следила. Пару раз все-таки успела посчитать, почти одновременно с ним, но когда точно заключила, что сделала верный расчет, он уже на три эпизода ушел вперед. Упрямо пыталась догнать. Разрыв стабильно в три, чаще больше. Ощущение, будто плывешь по быстрому течению, тебя несет и тебе мало, хочется еще быстрее, но не догнать того, кто в режиме человека-амфибии и он абсолютно в своей стихии. Да, понимаю, что невозможно, но непреодолима жажда хотя бы подплыть ближе, просто непреодолима.

И внезапно он поднял на меня взгляд.

Кратко, на долю секунды, но глаза в глаза и ощущение, что меня только что жестко трахнули, а я об этом так давно просила и, наконец, получила. Сход тот же. Даже тело отреагировало. Мандражем и чувством немеющего покалывания под кожей. А он едва заметно повел уголком губ. И свинец начал тяжелить вены. Отвела взгляд, понимая, что дыхание учащено, что пульс ускорен, а низ живота налился тяжестью.

Внезапно все подошло к завершению — Адриан перекинул остатки камрадам и поднялся. Я молча за ним. Лифт. Возле которого пасся скучающий Гена, протянувший Адриану папку. Тот отрицательно повел головой — уже не надо и зашел в лифт. Мы за ним."

"Долгий взгляд мне в глаза, пока мы стояли у противоположных стен лицом друг к другу. Его лицо непроницаемо, но я чувствовала, что он сейчас меня имеет. Продолжает. Мысленно. И скорее всего тоже жестко. Но это хорошо, потому что отдача ему идет соразмерная, ибо я тоже ценитель ментальной активности. И тоже люблю ее иметь. Во всех смыслах.

— Сколько времени тебе потребовалось, чтобы посчитать? — едва ощутимая тень алчности в бархате.

— Не знаю. — Сквозь зубы. Потому что внутри все отзывается на то, что жадно ловит слух.

— Две целых семь десятых секунды. — Тоже сквозь зубы. Потому что у тьмы нерушимый закон не выдавать свои эмоции. И она бездонна. Затягивающая отсутствием пределов своих возможностей.

Он не зря задал вопрос о сумме, уведенной у него. Он для этого взял меня с собой. Он знал, что деньги спиздят. И взял меня на тест. Чтобы потестить в сексе. В его жестком сексе. Где он был богом и имел всех. До момента пока не дал мне право голоса и получил отдачу.

Едва заметно повел подбородком, удерживая взглядом. Едва не отзеркалила.

Посмотрел на Гену, психолога-физиогномиста, прекрасно понимающего, что он сейчас здесь был лишний, но съебаться ему было некуда, поэтому он с искренним интересом рассматривал потолок, чтобы не заметить большее. Какая тактичность, божечки! Милота! Можно мне его подарить?

— Я нашел нового финансиста. Объяви. Хоть один тронет — разбираться не стану. Потому что предупредил. На этом акцент сделай. — Равнодушие в бархате. И безапелляционность.

Поперхнулась, полностью пришла в себя и ощутила страх.