Треть ставки, пятнадцать висоров в неделю, два часа ежедневного труда, начиная с первого дня летней сессии. Подвижки произошли из-за увольнения Ромашевичевского, благодаря чему освободилась строчка в штатном расписании. Новый препод по теории снадобий спал и видел меня на месте младшего лаборанта, в стерильном халате и в марлевой повязке."

"Я открыла рот, чтобы отказаться, но Генрих Генрихович привел неоспоримые преимущества трудоустройства. Во-первых, лаборантство предполагало обеспечение clipo intacti*, пусть и в упрощенной форме. Простота и облегченность требовали обновлять щит каждый квартал, но всё-таки это какая-никакая защита от возможных поползновений. Во-вторых, теория снадобий удавалась мне лучше остальных предметов. Почему бы не воспользоваться моментом и начать профессиональную деятельность в том, что хорошо получается?

Я обещала подумать и дать ответ при первой же возможности. В посулах декана меня, прежде всего, привлекла возможность получения clipo intacti*. Судьба дает шанс! С щитом присутствие охранников перестанет быть обязательным, по крайней мере, в институте.

Шкафообразные двухметровые детины, прикрывающие тылы, стали постоянной мозолью. Мне приходилось одергивать себя, чтобы не сказать и не сделать лишнее, потому что каждый мой шаг досконально изучался в ДП по рапортам охранников.

Подумаешь, два дополнительных часа в стенах альма-матер. Я и раньше неплохо справлялась, работая в архиве. А уж с распорядком дня улажу: подтяну, уплотнюсь. В общем, постараюсь.

Но прежде следовало обсудить вопрос с Мэлом.

___________________________________________

clipo intacti *, клипо интакти (перевод с новолат.) — щит неприкосновенности

10

Бонус-1. Этеншион!!! Противопоказания: возраст до 18 лет, мужской пол

Тот, кому покажется, что в наших отношениях царили тишь да гладь, сильно ошибётся. У нас бывали и споры, и ссоры, и недопонимание, и как следствие — раздражение, недовольство, обиды. Словом, совместная жизнь текла как у всех нормальных людей.

Взять, к примеру, другую грань джентльменства Мэла. Бывая в гостях у Аффы, я замечала на кухне цветы, которые преподносил девушке Сима. Не роскошные букеты в вазе, а непритязательные — сирень («Ночью наломал в палисаднике» — пояснила Аффа с улыбкой), или одинокий тюльпан, или букетик ландышей, или ромашки. Простенько, но достаточно, чтобы позавидовать. Мэл никогда не дарил вот так, между прочим. Он не сорвал для меня и цветочка. Наверное, я заблуждалась, приписав ему солнечные букеты, что присылали в медстационар во время реабилитации. И поэтому против воли дулась как мышь на крупу, пока, приперев меня к стснкс, Мэл не узнал причину. Тем же вечером он принес большой букет роз с иллюзией кремово-бело-синей трёхцветности. И опять я испытала душевный дискомфорт.