- В кубе работают генераторы, уплотняющие волны, - пояснил Альрик и показал на две малозаметных коробочки. - А вис-волны, связанные цепью символов, образуют пространственный портал, через который наш подопытный должен переместиться.

Под подопытным профессор подразумевал маленький кусочек непонятного материала, лежавший на стойке. Мужчина подошел к приборной доске и повернул небольшую рукоятку. Я опасливо выглянула из-за его плеча, однако за стеклом куба не происходило ничего подозрительного и внушающего беспокойство.

- Символы искажают и деформируют волны, стягивая пространство до минимума, - добавил Альрик, - Остается дело за малым - создать импульс, который подтолкнет объект в портал.

Профессор нажал кнопку рядом с рукояткой. Поначалу темный камешек ленился делать сальто-мортале, но затем начал постепенно растворяться. Не поверив глазам, я наклонилась к стеклу. Кусочек бледнел и становился все более прозрачным.

- Посмотрите сюда, - позвал Альрик.

На соседней стойке проявились слабо угадываемые контуры лежащего камешка. Предмет раздвоился, потеряв первоначальную плотность.

- Он существует? - спросила я шепотом, боясь спугнуть чудо. - Получается, не здесь и не там. А где?

- Он и здесь, и там, - тоже наклонился к стеклу профессор. - Невооруженным глазом не видно, но часть кристаллической решетки перенеслась на расстояние сорока сантиметров, а часть осталась на прежнем месте. Это большой прорыв, - добавил он, увидев мое разочарование.

Я посочувствовала несчастному кусочку, разрозненно болтающемуся в неизвестности. Живое существо давно умерло бы от болевого шока, не дождавшись, пока его переместят по фрагментам.

- А как возвратить обратно?

- Как возвратить? - переспросил мужчина. - Остановить процесс, и растягивающиеся волны вернут оторванные атомы на место. Не все, разумеется, но большую их часть.

Не позавидуешь камешку. Каково было бы мне сначала разорваться на две прозрачные половинки, а потом воссоединиться без руки или головы?

- Погодите, - сказал Альрик. - Остановить процесс..."

"Подойдя к большой доске на стене, он начал рисовать мелом символы, соединять их линиями, снова стирать и громоздить еще более сложные изображения. Вдоволь нарисовавшись, вернул рукоятку на приборной доске в первоначальное положение и, не дожидаясь, пока к камешку вернется его помятый вид, засунул руку внутрь куба через круглый лючок в крышке. Поводил пальцами, выписывая странные пируэты, после чего вытащил руку и отряхнул ее, наверное, от налипших волн.

- Погоды не сделает, - пробормотал профессор, снова нажав кнопку, - но процесс станет результативнее.

Процесс не просто пошел результативнее. Располовиненный камешек исчез со стойки и мгновенно проявился во всей красе на другой стороне, сияя уродливой красотой.