А там и мне приходится усадить одну на себя и побыть пушистым аттракционом. Затем мы отправляемся в путь. Всё же ближайшие деревни населены моими подданными, там живут шахтеры, которые добывают для меня уголь и отстойник, а потому наплевать на их детей я не имею права.

В деревне выбежавшие на окраину местные жители почему-то встречают нас с вилами и ружьями наперевес. Вот так и делай людям добро! Им медведь с волчицей привели живых и невредимых детей, а они дрожащими руками заряжают картечь. Ну и времена, ну и нравы!

Приходится вернуться в человеческий облик. Деревенские тут же в один голос восклицают:

— Господин?!!!

— Он самый, — с усмешкой я отдаю свою ношу в бантиках подбежавшей женщине. Она же забирает и вторую девчонку у преобразившейся Насти. — Мы тут мимо пробегали и ваших визгуний увидели.

— Благодарю, господин, за спасение потеряшек! — кланяется староста. — Уже сами думали бежать за ними! Позвольте отблагодарить вас застольем!

Ну такой благодарности мы, телепаты, всегда только рады. Да и мы, оборотни, тоже. А потому уже через пять минут я с Настей на пару уплетаю окрошку с квасом в добротном срубе из сосновых бревен, а староста рассказывает:

— Вы уж простите, господин, что мы так неприветливо встретили вас с женой, — извиняется староста. Настя густо краснеет, но отмалчивается. Я тоже не поправляю старика. — Просто завелся в округе аномальный зверь, он рвет скотину на пастбище и пугает пастухов. Спасенья от него нету. Уже думаем, шахтеров позвать с вашего позволения, чтобы поймали тварь.

— Моих шахтеров? — вскидываю я брови. — Эй, нет, старый, оставь работников в покое. Пускай себе добывают уголь, нечего их отвлекать. Совсем не дело — шахтам простаивать, а мне деньги терять.

— А как же зверь? — горько спрашивает староста.

— Поймаем мы твоего зверя, — я бросаю взгляд на Настю, и она, улыбнувшись, кивает. — Этой же ночью выловим. Заодно сами разомнемся.

* * *Друзья, не забудьте, пожалуйста, отжать сердце под обложкой. Ваше внимание — лучшая награда!

Глава 3

Гостевое комбо

На зверя решено было идти ближе к утру. Обычно он объявляется спозаранку. Пришлось мне с Настей остаться на ночь в деревне. Поначалу староста выделил нам общую комнату с одной кроватью. Мы с Настей, посмотрев на белоснежную, пушистую перину, переглянулись, и барышня покраснела, как маков цвет. Я же отвел старосту в сторону и попросил себе отдельную комнатушку. Старик удивленно вылупил глаза.

— Мы не супруги, — поясняю.

— А, жених с невестой, — доходит до него, и я снова решаю не поправлять его. — Сейчас-сейчас подготовим, вашебродие.

Когда наконец я устраиваюсь в уютной, но скромной горнице на втором этаже, чувствую, как усталость мягко подкрадывается, напоминая о долгом дне.