Через полминуты лейтенант скомандовал: «Пошли…» – и колонна тронулась в путь.

Было тихо. Обстрелы закончились, с юга короткими порывами набегал ветер, пригибая к земле жесткую желтоватую траву. Это была хорошая трава, на ней не оставалось следов.

Через десять минут пути после привала все уже вошли в ритм, слышалось лишь негромкое дыхание, но никакого топота или позвякивания амуниции – в группе были только проверенные люди.

Прошло еще минуты три, и лейтенант замедлил шаг, затем поднял руку, останавливая колонну. Прежде чем идти дальше, Ковальский намеревался обнаружить Барданса и Ружейку, но тех не было.

Группа прошла еще немного, лейтенант надвинул на глаза прибор ночного видения, однако и это не помогло. Была вероятность, что эти двое отклонились от маршрута и теперь ждали колонну где-то в другом месте.

Джим слышал, как лейтенант шепотом выругался и достал рацию. Вообще-то им следовало хранить радиомолчание, но солдат в оговоренном месте не оказалось, и с этим следовало разобраться.

Лейтенант коротко нажал кнопку вызова и стал прислушиваться – в случае получения сигнала вызова бойцы должны также нажать кнопку вызова, и тогда рация командира завибрирует.

– Ничего не понимаю, – прошептал лейтенант.

– Сэр, попробуйте еще раз, – тихо попросил Тони.

– Сделать вызов?

– Да.

– Ты думаешь… – начал было лейтенант, но продолжать не стал, просто надавил на кнопку.

– Я могу это расслышать?

– Вряд ли, рации срабатывают у всей группы.

Они помолчали, прислушиваясь."

"– Нужно передать, чтобы все отключили вибрацию, – предложил Джим. – Тогда мы что-то услышим.

– Как вы услышите вибрацию? Это нельзя услышать.

– Зато можно почувствовать, – настаивал Тони.

Лейтенант пожал плечами и, обращаясь к сержанту, сказал:

– Передай по цепи, пусть все отключат вибровызов.

Логан кивнул и передал приказ командира. Через несколько секунд Тони снова попросил лейтенанта сделать вызов.

Ковальский надавил пару раз, и эксы замерли, словно изваяния. Он и не представлял себе, что живой человек мог так замирать.

– Еще… – коротко сказал Тони.

Ковальский снова повторил вызов.

– Там, – сказал Джим, указывая пальцем.

– По-моему, тоже, – подтвердил Тони.

Оба сняли ранцы и чехлы с КПТ. Джим показал на винтовки и обернулся к Логану:

– Сержант…

– Понял, присмотрю, – прошептал тот.

Напарники сделали еще несколько шагов, сойдя с тропы чуть правее, потом снова замерли, и Тони едва заметно махнул рукой.

Понятливый лейтенант дважды повторил вызов. Он сам отлично слышал, неплохо ориентировался в ночных звуках, но сейчас мог поклясться, что никаких звуков, кроме шелеста травы под набегающим ветерком, нет.