Под внимательным взглядом двух часовых курсант и Инструктор расстались – у каждого были свои обязанности и планы. Джим отнес оружие в арсенальную, обходясь одной рукой, кое-как переоделся в серую робу и отправился в медицинский бокс – залитую мертвенно-белым светом камеру, где пахло лекарствами и резиной. Сидевший за столиком док Либерман перебирал какие-то бумаги. Завидев на пороге Джима, он закрыл их и быстро убрал в сейф. Помимо лечения персонала лагеря, у Либермана были и другие обязанности – здесь многие совмещали должности.

– Что у тебя? – спросил он.

– Из КПТ выстрелил без компенсатора.

Джим ожидал, что Либерман будет смеяться над непутевым курсантом, но того чужие переживания не заботили.

– Раздевайся.

Джим снял робу, Либерман подошел ближе, бесцеремонно ткнул пальцем в огромный, расплывшийся на половину грудной клетки синяк. Джим вскрикнул, невольно схватив доктора за руку.

– Чего хватаешься?

– Извините, док.

– Я просто проверил, цел ли плечевой сустав.

– А может, лучше на рентген?

– Я сам знаю, что лучше, а что хуже. Нет у тебя переломов, если бы были, ты бы не просто заорал, ты бы свалился от боли.

«Ну и методы», – проворчал про себя Джим.

– Военная методика, – пояснил Либерман, доставая из стеклянного шкафчика патентованные средства.

Надев резиновые перчатки, он выдавил на синяк изрядное количество обезболивающего геля и стал быстро, но осторожно размазывать его. Джим приготовился терпеть, но боли почти не было – Либерман жалел пациента. Вскоре гель начал действовать, прикосновения дока, даже более смелые, стали едва ощутимыми. Из огромной склянки Либерман добавил резко пахнущей, похожей на солидол мази и начал энергично ее втирать, Джиму стало жарко.

– Хорошо, уже начало разогреваться, – заметил Либерман и, достав из шкафчика баллончик с медицинской пеной, щедро залил ею всю обработанную мазью поверхность. Пена тут же высыхала, превращаясь в некое подобие ваты.

Осмотрев свою работу, Либерман остался ею доволен. Снял перчатки, он бросил их в урну и сказал:

– Одевайся, компресс готов, снимешь завтра утром.

– Думаете, к утру все пройдет?

– Я не думаю, солдат, я знаю. Можешь идти.

– Спасибо, док.

3

В жилой комнате Джим застал Тони. Тот лежал на кровати, читая при свете настольного светильника какую-то потрепанную книжку.

– Ну как? – спросил он.

– Надоело все, – бросил в ответ Джим и тяжело опустился на свою койку.

– Что, сорвал задание?

– Нет, задание вроде выполнил, но «не вернулся».

– Что значит «не вернулся»?

– Инструктор сказал – цели ты уничтожил, но с задания не вернулся. Сказал, что такое на войне случается.

– Что-то больно много слов для Инструктора.

– Да это я от себя добавил.

– Что у тебя под курткой?

– Компресс.

– Зачем?

– Шестой выстрел сделал.