Часы отмечали наступление восьми часов, только и всего. Было восемь часов вечера.

…пять, шесть, семь…

Она считала. Ей почему-то показалось, что будет неправильно идти дальше, пока часы не умолкнут.

…восемь… девять…

(??Девять??)

…десять… одиннадцать…"

"Внезапно, слишком поздно, до нее дошел смысл происходящего. Она неуклюже развернулась в сторону лестницы, уже зная, что опоздала. Но как она могла это предвидеть?

Двенадцать.

В бальном зале вспыхнули все люстры. Грянул оглушительный и визгливый духовой аккорд. Уэнди громко закричала, но что значил ее крик на фоне мощного рева труб и тромбонов?

– Снимайте маски! – разнеслось эхом повсюду. – Маски долой! Снимайте маски!

А потом все звуки затихли, словно втянутые в длинный временной коридор, и она снова осталась одна.

Хотя нет. Не одна.

Она повернулась и увидела, как он идет прямо на нее.

Это был вроде бы Джек, но в то же время и не совсем он. Его глаза пылали потусторонним убийственным огнем; на знакомых губах играла кривая безрадостная усмешка.

В руке он держал молоток для игры в роке.

– Думала, что заперла меня? На это ты рассчитывала?

Молоток вращался и посвистывал в воздухе.

Она попятилась, споткнулась о пуф и упала на ковер вестибюля.

– Джек…

– Ты сука, – прошептал он. – Я тебя насквозь вижу.

Молоток со смертоносным свистом обрушился вниз, и его головка с хлюпаньем погрузилась в мягкие ткани ее живота. Она вскрикнула, поглощенная ощущением невероятной боли, успев смутно заметить, как отскочил молоток. И с парализующей волю ясностью поняла, что он собирается забить ее до смерти именно этим молотком, который держит сейчас в руках.

Она хотела молить о пощаде, попросить остановиться ради Дэнни, но удар оказался настолько силен, что перебил дыхание. Ей удалось выдавить из себя лишь короткое, едва различимое рыдание.

– Сейчас. Да, во имя Господне, сейчас ты получишь за все сполна, – сказал он, ухмыляясь, и ногой отбросил со своего пути пуф.

Молоток обрушился вниз. Уэнди успела откатиться влево. Полы ее халата задрались выше колен. Когда его орудие врезалось в пол, Джек от неожиданности на секунду выпустил ручку. Ему пришлось наклониться ниже, чтобы снова ухватиться за нее, а она воспользовалась моментом и бросилась к лестнице. Она снова могла дышать, хотя живот превратился в шар огнедышащей боли.

– Сучка! – ухмыляясь, повторил он и двинулся вслед. – Ты вонючая сучка. Но тебе не уйти от наказания. Нет, не уйти.

Она услышала свист молотка в воздухе, а потом весь ее правый бок буквально взорвался болью: удар пришелся чуть ниже груди, сокрушив ребра. Она повалилась на ступени, задела свежую рану, и ее окатила новая волна боли. И все же инстинкт заставлял Уэнди перекатываться из стороны в сторону, уклоняясь от новых ударов.