Он проиграл деньги, которые иначе пошли бы на лечение ма…

Джек пытался сохранить хладнокровие:

– При всем моем уважении, Ленни, не думаю, что у меня много общего с твоим отцом. Я сенатор Соединенных Штатов. И у меня есть необходимая сумма. Просто небольшая проблема с наличными.

– В таком случае уверен, что ты решишь эту проблему сам. Еще что-то?

Что за ублюдок, со своим снисходительным тоном! Это был не просто отказ!

Он дал понять, что разговор окончен!

До конца дней своих сенатор Уорнер не забудет оскорбления!

Когда он услышал о Нантакете, первой мыслью было посоветовать Ленни засунуть приглашение туда, «где луна не светит».

Но Джек был слишком осторожен. Не стоило усугублять проблему. Лучше подумать о том, как близки Онор и Грейс. Может, Онор сумеет обработать младшую сестру, а та уговорит влюбленного мужа? Конечно, это означало, что Джеку придется рассказать жене об игорных долгах. Не слишком привлекательная перспектива. Но в конце концов, что она может сделать? Бросить его?

Вряд ли.

Он повернулся к Илзе:

– В понедельник утром мы уезжаем в Нантакет. Пожалуйста, позаботьтесь, чтобы вещи девочек были упакованы и готовы к отъезду.

Бобби бросила на няню торжествующий взгляд:

– Видите? Говорила же я, что мы поедем!

– Да, сэр. Желаете, чтобы я упаковала что-то… особенное? – осведомилась Илзе, многозначительно подмигнув. Только глупец не понял бы, что она имеет в виду.

А Джек был отнюдь не глупцом.

– Нет. Вы не едете. С понедельника вы уволены.

Схватив с кухонного буфета пачку алка-зельцера, он вернулся наверх. В постель.

Глава 4

Конни Грей стояла на детской площадке, наблюдая, как сыновья висят на «манки барз»[7].

Только посмотрите на них. Совсем малыши. И понятия не имеют, что их мир рушится…

Кейду было шесть. Копия своего отца Майкла: темноволосый, смуглый, с лицом таким же открытым, счастливым и бесхитростным. Купер больше походил на Конни. Светленький, с более тонкими чертами лица. Чувствительный. Нервный. Оба мальчика были очень умны. Да и откуда взяться глупости при таких родителях, как Конни и Майк?

Но четырехлетний Купер мыслил глубже.

Узнает ли он когда-нибудь, что затеяла его мать? Возможно, когда станет старше, он все поймет?

Поймет, что отчаянные времена требуют отчаянных мер?

Старшая из сестер Ноулз с первого класса была отличницей.

Гордость и радость матери Конни, она волей-неволей довольствовалась лишь уважением и симпатией со стороны отца. Сердце Купера Ноулза было отдано младшей дочери Грейс.

Подобно Онор Конни рано поняла, что младшая сестра – особенная. Необыкновенный прелестный ребенок. Однако в отличие от Онор Конни не собиралась сидеть в заднем ряду и добровольно уступать центр сцены.