Выходим, – Галя сметала муку в совок.

– А меня вы спросили? – наконец, Марфа вошла в хату. Она потирала колено и морщила нос от боли. – По какому праву распоряжаетесь моим мужем, а? Пусть лежит, его там быстро на ноги поставят!

– Мы сами его поставим, – ответила Галя, убирая веник и совок за печку. – Заодно и моих сестер с мамой заберем. Нечего им по сараям кочевать.

– Я тебе заберу! – взвизгнула Марфа, стукнув себя по больному колену. Она застонала и плюхнулась на лавку. – В эту хату только мы имеем право въезжать. А твои родственники тут лишними будут. Только посмей притащить сюда эту шоблу, не позволю жить в доме, который им не принадлежит.

– Он и тебе не принадлежит, – с усмешкой сказала Галя, уставившись на свекровь. – Здесь полноправные хозяева мы со Степаном и Панкрат Федосеевич. А если будешь на рожон лезть, то я свекру всю правду выложу.

Посмотрев с удивлением на жену, Степан перевел ошарашенный взгляд на мать.

– О чем это вы? – спросил он охрипшим от волнения голосом. – Мам, что за секреты?

Глава 44

– Вот видишь, сынок? – вскочила с лавки Марфа. – Как она нами крутит? Неблагодарная оборванка! Ее приютили, откормили, а она сплетни о твоей матери распускает! Брехунья ты! – повернулась женщина к снохе. – Наглая брехунья!

– Это я-то брешу? – посинела от злости Галя. – А не ты ли с дядькой Егором в постели нежилась, пока Панкрат Федосеевич сюда ездил, а? Он к матери отправился, а его женка с его же братом да на семейном ложе!

– Брехня! – подлетела свекровь к Гале и замахала кулаками перед ее лицом. – Да за такие речи в наше время тебя смолой бы измазали и утопили!

Женщины начали друг друга оскорблять, демонстрируя познания в матерных словах. Степа недолго слушал бабские крики, поднялся и гаркнул на весь дом:

– Хватит! Угомонились!

Обе посмотрели на него с изумлением. Да чтобы Степан кричал на родных? Вдруг кто-то постучал в дверь и сразу распахнул ее.

– Галюш, я к тебе.

– Ой, здравствуйте, Алена, – улыбнулась Галя, увидев соседскую дочь.

– Здравствуй. Дело у меня… – переведя нахмуренный взор на Марфу, Алена замолчала.

Обе женщины смотрели друг на друга, как на диковинку. Марфа щурилась, не веря своим глазам, Алена сжимала челюсти, не ожидая увидеть здесь лохудру из прошлого.

– Здрасьте, – еле слышно поздоровалась она с Марфой.

– Здрасьте, – ответила та также тихо.

– Помочь чем-то? – рассеяла Галя сердитые взгляды, и Алена ответила:

– Отец вызвал, мать приболела. Галечка, мне вечером уехать надо. Завтра вернусь, а ты присмотри, пожалуйста, за моей матушкой. Так неожиданно все сложилось, что я не успела ничего по дому сделать. Съезжу, разберусь с делами и вернусь. – сунув руки в карманы черного пальто, Алена сжала кулаки.

– Хорошо-хорошо, – Галя кивнула. – Не волнуйтесь, я пригляжу.