Вчерашние лицеистки и благородные барышни, вырвавшиеся из оков домашнего обучения, оккупировали первые ряды и, толкаясь локтями, с придыханием слушали привлекательного профессора с ледяными серыми глазами."

"Он снова проигнорировал преподавательскую мантию, что, на мой взгляд, являлось сознательным преступлением, учитывая, как сильно ему шел узкий пиджак и как ладно брюки облегали длинные ноги. В азарте лекции подлец еще и разоблачился. Остался в костюмном жилете и белой рубашке, а когда закатал рукава до локтя, продемонстрировав сильные красивые руки, девицы не только перестали глупо хихикать, но, кажется, даже дышать.

И в аудитории воцарилась столь дивная тишина, словно любой шорох мог заставить его одеться обратно.

Лучше бы оделся, честное слово. Смотреть на него без досады было совершенно невозможно, поэтому по большей части я таращилась в огромное окно, выходящее на людный внутренний двор университета, и иногда поглядывала на подружек Аглаи, оккупировавших тихие места в противоположном конце аудитории. Главная ведьма снова не появилась, но свита явно не чувствовала грусти.

Более того, в стае вырисовывалась новая предводительница, пожиравшая привлекательного лектора жадным взглядом.

– Итак, – громко произнес Вудс. – Я обещал, что в конце лекции мы ответим на вопрос, насколько различается магия Тевета и Абриса?

– Они абсолютно разные, – раздался несмелый девичий голосок. – Магия Тевета – светлая и чистая. В Абрисе используют темные руны.

Сама того не желая, я прислушалась к дискуссии.

– И что? – в голосе Оливера слышалась ирония.

– Свет созидателен по своей природе. Разве темные руны не вредят?

– Смотря кому, – удивительно, как Вудсу хватало терпения объясняться с незамутненными талантами.

 – Ведуна темная руна точно не убьет, зато свет ему навредит. В Абрисе есть пословица: что для теветца хорошо, то для абрисца – смерть.

Борясь с внезапно вспыхнувшим желанием посмотреть на доску, я принялась выводить на чистой странице слово «позер».

– Проклятие, в каком мире живет это визгливое существо в синей мантии? – пробормотал староста, сидевший справа от меня, и с раздражением швырнул на раскрытую страницу тетради самописное перо.

– В мире, где живут сказочные единороги и все пони розовые, – едва слышно отозвался один из наших однокурсников.

– Скорее синие, – подхватил шутку другой.

– Ребята, мы попали в загон к синим пони, – мрачно добавила я. – Готовьте плетки.

По ряду разлетелся сдавленный издевательский смешок.

– Господа скользящие хотят высказать свое мнение? – тут же предположил преподаватель, и мои сотоварищи, прямо сказать, расслабленно продремавшие большую часть лекции, заерзали на скамье.