Держать его за шею больше нет нужды, поэтому я напоминаю себе убрать руки, стягиваю рукава толстовки на самые кисти, словно это может помочь мне укрыться от его гнева. Я всегда так делаю, когда нервничаю.

Супруг продолжает молчать, зато делает несколько весьма недвусмысленных движений бедрами, при этом придерживая меня за поясницу.

- Нет…

Нет, нет, нет, только не это, только не этот огромный монстр во мне снова…

- Если ты и впрямь девочка, то тебе не о чем беспокоиться, - шепчет Шамиль, нагло освобождая мои волосы из плена резинки. Кажется, супругу больше нравятся распущенные локоны…

- Какая тебе разница? И технически… я как бы уже… после вчерашней ночи… - Я запинаюсь и снова начинаю краснеть. Никогда прежде я не обсуждала таких вещей с мужчиной. В комнате становится жарче или я просто одета не по сезону…

- Большая разница, - неожиданно серьезно отвечает Шамиль, перемещая руки на талию. – От этого будет зависеть мое к тебе отношение. – Ладони его проникают под ткань свободной толстовки и заставляют меня застыть. Стая мурашек тут же покрывает кожу. Его пальцы передают электрический ток через едва весомые поглаживания.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Каким образом?

- Ты смеешься? – Шамиль хмыкает. – Либо ты достойная девушка, которая заслуживает уважения, либо обычная шлюха, лгунья и в довесок хреновая актриса.

- Что будет во втором случае?"

"- Хочешь узнать? – шепчет мужчина прямо мне в шею, заставляя покрыться мурашками уже ее. Все, чего он касается, начинает будто гореть. Головой я понимаю, что это просто реакция здорового организма на потенциальную ласку от полового партнера. В физическом плане мое тело уже готово. Более того, оно уже давно ищет вот таких вот прикосновений и объятий, но только не так. Только не с этим проклятым неандертальцем с этим его идиотским акцентом, и идиотской щетиной, и идиотским характером!

- Нет… - шепчу я в ответ. Ладони мужа перемещаются выше, он проводит ими по спине, а я невольно выгибаюсь на подобии кошки, упираюсь руками в его плечи.

- Горячая девочка… надо будет только сделать из тебя послушную… - шепчет Шамиль, затем добавляет еще что-то на своем языке, но я не понимаю, что именно. Когда он убирает руки меня охватывает легкое разочарование, однако я тут же встряхиваю головой.

Глупость какая-то…

Руки мужчины уже не на мне, он не держит меня, но я остаюсь сидеть на нем верхом. В какой-то момент наши взгляды пересекаются, и я невольно обращаю внимание на почти черные глаза, которые сейчас горят странным блеском. Он смотрит пристально, будто хочет заглянуть в самую душу и увидеть там ответы на какие-то вопросы.