У меня для него пренеприятнейшие известия. Исполнять! — Жёстко скомандовал я.

Управляющий открыл было рот, чтобы возразить, но тут из-за дверей грянул особенно громкий хохот, чей-то пьяный крик: «Да брось ты, ей-богу!» — и звон разбитого стекла.

— Бойцы, — тихо предупредил я, — быть готовыми.

Привратник, до этого застывший у стены, вдруг испарился. В тот же миг дверь в залу распахнулась, и на пороге возник запыхавшийся Степан. За его спиной прозвучало яростное:

— Скотина!

Что-то тяжёлое со звоном разбилось о косяк, осыпав нас осколками хрусталя. Понимая, что ждать более нет смысла я решительно вошёл в залу и застал типичную, живописную картину гулянья господ офицеров.

Три офицера в мундирах лейб-гвардии Московского полка и две дамы полусвета в средней степени опьянения сидели за уже изрядно разгромлённым столом на котором в беспорядке лежали тарелки с остатками еды. Множество бутылок вина и шампанского. Офицеры в расстёгнутых мундирах, со следами пролитого вина на рубашках, выглядели неряшливо, внешний вид дам не лучше. При моем появлении наступила тишина. Одна из дам икнула. Брезгливо оглядев всю компанию, я через губу произнёс.

— Кто хозяин имения?

Подпоручик развалившийся на стуле ещё не осознав того, что происходит высокомерно заявил.

— Подпоручик лейб-гвардии Московского полка Хомин Ипполит Олегович. А вы, кто такой, что смеете врываться ко мне в дом?

Видимо моя казачья форма ввела его в заблуждение. В глазах двух других офицеров, по мере осознания того, что дело не чисто, появилась настороженность.

— Встать!!! — Неожиданно рявкнул я. — Привести себя в надлежащий вид.

Офицеры по привычке подскочили и принялись торопливо застёгивать мундиры.

— Войсковой старшина Иванов, командир отдельного пластунского батальона. С двадцать второго января сего года полноправный владелец имения Юрьевское. По сему, господа, прошу вас немедленно освободить мой дом. В противном случае вас просто выкинут отсюда. Выполнять!

— По какому праву? Вы не смеете так поступать. Я не сдвинусь с места, это моё имение. — стал возмущаться пришедший в себя и отрезвевший Хомин.

— Повторяю последний раз. Даю вам час, чтобы очистить помещение и покинуть мой дом. Если у вас есть какие-либо сомнения о моём праве на имение Юрьевское, обращайтесь в суд. Мои бойцы стоящие у меня за спиной с равнодушными взглядами головорезов, стали последним аргументом в мою пользу. Офицеры подхватили под руки возмущающегося Хомина и испуганные дамы, поспешили покинуть имение.

— Степан!

— Я здесь, господин подполковник. — встал передо мной управляющий, порядком ошеломленный столь стремительным переходом имения в мой владение."

"— Быстро навести порядок, ужин для меня и моих людей и спать. Остальное всё завтра.