И я могла поклясться – на каждом этаже его лицо искажалось от боли, стоило посмотреть наверх и прикинуть, сколько еще ждало ступенек.

– Передохнем? – поинтересовалась на третьем этаже, но Кирилл упрямо шел вперед, пока не остановился перед нужной дверью. Часто дыша, он вновь поморщился.

– Дай мне минутку, – не оглянувшись, произнес.

– Хорошо, – пробормотала под нос, пытаясь настроиться на нужный лад. Мы здесь с рабочим вопросом, а не для того, чтобы вспоминать прошлую ночь. Я должна думать только об этом.

Спустя две минуты Кирилл выпрямился, и сам постучал в дверь.

Открыли нам вскоре, и на пороге появилась удивленная женщина.

– Да? – произнесла она, глянув сначала на Кирилла и на его трость, которую тот выставил перед собой, тяжело опираясь, а после на меня, маячившую за спиной босса.

– Мы могли бы поговорить со Степаном Федоровичем?

Она медленно кивнула, а потом громко произнесла:

– Стёп, тут к тебе пришли.

Вскоре из квартиры показался мужчина, также удивленно нас рассматривающий. Поздоровавшись с нами, он вновь глянул на Кирилла.

– О, я вас помню. Неужели?

Кирилл кивнул.

– Да, все относительно в порядке.

Мужчина растянул улыбку и приглашающим жестом указал на вход.

– Да проходите вы, не топчитесь здесь. Не верю глазам. Маш, это же тот парень. Помнишь, зимой рассказывал?

Он обратился к своей жене, которая выжидающе посматривала на нас. Она внимательно поглядела на Кирилла и медленно кивнула.

– Стёпа говорил, что вы совсем плохой были. Без сознания. Он думал, что… – Она замялась, опустив глаза в пол.

Я догадалась, что она хотела сказать, как и Кирилл. Повисла неловкая пауза, которую тут же исправил Кирилл.

– Иду на поправку.

Нас провели на кухню, угостили чаем. Степан Федорович завалил вопросами о той аварии, пытаясь понять, что же случилось. Оказалось, что он все это время не забывал, как нашел только что разбившийся автомобиль на пустынной дороге."

"– Как увидел, подурнело, – вспоминал он, рассказывая то, что произошло той ночью. – Возвращался с последнего заказа. Решил путь сократить, чтобы не через весь город ехать. Устал чертовски, а тут тишина, следы на дороге и покосившийся столб. Я по тормозам, выскочил, бегу к машине. Нет, не машина, а груда металла.

Я-то за рулем почти всю жизнь, аварий повидал, будь здоров. Думаю, всё, поздно. Торопиться не стоит. Но все равно бегу, заглядываю, вижу тебя, – он указал на Кирилла. – Весь в крови, без сознания. Не дышишь. Испугался я за тебя, парень. Но все равно пульс проверил, живой. Едва-едва дышишь. Я в скорую звоню. Потом все завертелось. И ведь ни души вокруг. Жуть.

Я с трудом протолкнула в себя глоток выпитого чая и поставила кружку.

– То есть вы никого не видели вообще? – переспросила я, припоминая рассказ дяди Васи.