Соня, расслабься.

– Когда ты так говоришь, в моем теле напрягаются все-все нервные волокна.

Кирилл хмыкнул и мазнул хитрым взглядом по моему напряженному телу. Я передернула плечом, словно пытаясь сбросить с себя жгучий взгляд.

– Помнишь, я сказал, что у меня есть гениальная идея?

Я кивнула, поерзав на месте.

– Так я не врал. Поехали за вещами.

– Только не пожалеть бы потом.

Вместо ответа Кирилл заливисто рассмеялся, но пояснять причины смеха не стал. Так мы и добирались до моей, теперь уже бывшей съемной квартиры. Кирилл то и дело пытался подбодрить, я ворчала, он смеялся и вновь подбадривал.

Замкнутый круг, честное слово. Но, оказавшись у порога квартиры, я посмотрела на Кирилла. Он, опираясь на трость, кивнул, предлагая мне наконец-то открыть дверь.

За порогом меня встретили сумки. Все мои. Лида уже должна была забрать вещи. Кажется, Эдик все-таки не такой уж и плохой парень, но немного труслив, раз решил не попадаться мне на глаза. Позаботится о Лиде, может, даже съедутся наконец-то, а я… Я без понятия, что делать дальше.

– Это всё? – поинтересовался Кирилл, входя следом.

Я окинула взглядом несколько сумок разной величины и кивнула.

Вчера собрала все вещи, а утром докинула в пакет оставшиеся расходники. Вещей Лидки я не обнаружила.

– Да, это всё моё.

– Так мало, – протянул Кирилл, прислонившись к комоду.

– Я не барахольщица в отличие от некоторых.

Кирилл усмехнулся.

– Уже заметил. Итак, понесли?

– Ты будешь таскать сумки? – усмехнулась, глянув на трость Кирилла. – Не надо. Я сама. А вот у тебя потом будут проблемы.

– Соня…

– Нет. Просто посиди на кухне, – выдохнула и схватила первые две сумки. – Посторожи квартиру, пока я всё перетаскаю.

Толкнув Кирилла плечом, я вышла из квартиры и направилась к лифту. Несколько заходов и мои вещи будут тщательно упакованы в огромный багажник. Возвращаясь, я пыхтела от усталости и утирала тыльной стороной ладони пот со лба.

Кирилла встретила вновь в коридоре. Он протянул мне листок.

– Нашел записку на холодильнике.

Я взяла листок и уставилась на размашистый почерк подруги. Она извинялась и обещала всё исправить. Вновь. Покачав головой, я сложила листок и убрала его в карман.

– Ты злишься на нее?

– А ты как думаешь?

Кирилл пожал плечами.

– Да, я злюсь. Я их предупреждала, но кто будет меня слушать, ведь так?

– Я слушаю, – ответил Кирилл, подхватывая рюкзак. Закинув тот на плечо, он взял мою ладонь в свою руку. Сжал пальцы мягко, но настойчиво. Я задрала голову, едва борясь с чувством раздражения. – Если злишься, то злись. Не держи в себе, ладно?

Кивнув, я выпустила его ладонь из собственной руки и шагнула вперед. Уткнулась носом в широкую грудь, обвила руками и крепко-крепко прижалась.