Сестрица сделала попытку меня перекрестить, но стоять на месте сил у меня уже не было — душа жаждала свершений и справедливого возмездия. Я влетела на крыльцо и трижды грохнула кулаком в дверь. Через несколько секунд дверь распахнулась, а я нахмурилась. Сверху вниз на меня смотрел какой-то совершенно незнакомый мне тип. Конечно, я стояла на средней ступеньке, а он наверху, зато разутым, так что выходило, если мы встанем рядом, он все равно будет выше. Честно скажу, я не привыкла, чтобы на меня смотрели сверху вниз. Тип не охнул, не закатил глаза, не брякнул что-нибудь вроде «мама моя», и это почему-то меня раздражало. Ко всему прочему он был блондин, а я не люблю блондинов (оба мои мужа — брюнеты), имел яркие глаза (кажется, даже голубые), очень наглую физиономию с мужественным подбородком и едва заметной ямочкой (это тоже нервировало) и такую фигуру, точно только что сошел с плаката «В здоровом теле — здоровый дух». В общем, он был очень симпатичным парнем, а это, к сожалению, всегда производит впечатление.

Я решительно шагнула вперед, слегка отодвинув его в сторону, и гневно спросила:

— Где Сашка?

Впрочем, вопрос оказался излишним. Сашка находился на веранде и выглядел каким-то нервным. В кресле сидел задумчивый Коля. Сереги нигде не наблюдалось, из чего я заключила, что лодыжку он травмировал всерьез, и порадовалась: «Не суй свой нос, куда не просят».

Я шагнула к Сашке. Увидев меня, он еще больше занервничал и сказал:

— Здравствуй.

— Здравствуй, ворюга, — ухмыльнулась я, уперев руки в бока и развернув плечи:

— Зачем мумию свистнул?

— Чего? — растерялся Сашка.

— Чего-чего, сам знаешь чего. И не стыдно тебе? Я со всей душой, честно все рассказала, без утайки, и фундамент не прятала — ройте, ребята, на здоровье, а ты ценную мумию из-под носа увел, да еще ночью, точно разбойник.

— Мы не могли днем, — грустно заметил Коля, неожиданно оторвавшись от созерцания своего пупка. Но меня он не убедил."

"— Все равно, надо было сказать. По-честному, а не красть. Неужто ты думаешь, что мне для тебя какой-то мумии паршивой жалко?

Сашка хлопал глазами и косился за мою спину. Я повернулась, но не увидела там ничего интересного, если не считать блондина.

— Это кто? — спросила я Сашку.

Тот поперхнулся и ответил:

— Максим.

— Очень приятно, — кивнула я, протягивая руку блондину. — Елизавета.

— Вы кто? — спросил тот, игнорируя мою руку.

— Он что, недоделанный? — грозно спросила я Клея, тот поежился, вздохнул и замолчал. — Что тут вообще происходит? — возвысила я голос.

— Действительно, что? — хмыкнул блондин и, переведя взгляд на Сашку, спросил:

— Кто эта леди, Клей?

Пока Сашка только думал, что ответить, я сообщила:

— Я его подружка. — Мой дружок слабо хрюкнул и затих.