Без труда выводит мою руку из-за спины и слегка надавливает большим пальцем на основание, безмолвно требуя отдать то, что лежит внутри.

Мотаю головой и жмурюсь изо всех сил, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями.

— Вы хоть понимаете, что натворили?

И что мне ответить?

«Я не хотела?»

«Меня вынудили?»

«Ваш племянник попросил стащить его прослушку?»

С неимоверным трудом сглатываю тугой ком, не имея достойного оправдания, но когда открываю глаза, его лицо оказывается ближе к моему, чем было. В глубине тёмных радужек бушует пламя, а уголки губ подрагивают от рвущейся наружу злости.

— Простите, саэр Уорд, — шепчу на выдохе и всхлипываю, когда он выпускает на свободу мою талию.

Однако в следующий миг сухая, слегка шершавая ладонь скользит по моей шее, чувствительно надавливая, и я невольно запрокидываю голову, не в состоянии сопротивляться.

Воздух между нами трещит от напряжения. Меня затягивает в водоворот неконтролируемых эмоций. Желание и страх, восторг и трепет — всё смешалось в голове.

— Верни то, что тебе не принадлежит, — слышу неприкрытую угрозу, в которой явно чувствуется дикая, звериная сущность.

Сустав болезненно сводит от напряжения, и я, как загипнотизированная разжимаю пальцы, позволяя «Уху» скользнуть в подставленную ладонь.

Дэриан с жестокой усмешкой рассматривает артефакт Кеннета, но внезапно, его взгляд оказывается прикован к моему запястью."

"Зрачок расширяется, затопляя чернильной тьмой радужку. Ноздри трепещут, жадно всасывая воздух, а под кожей выступает тёмная чешуя, делая его облик поистине пугающим.

— Демоны раздери… — вырывается с его губ утробный рык, мало похожий на человечий.

Что за бред он несёт! Мне бы воспользоваться ситуацией, сбежать, пока он застыл как изваяние!

Однако стоит только пошевелиться, Дэриан рывком притягивает к себе, склоняясь так, что между нашими губами почти не остаётся свободного пространства.

Глава 19

Прикладываю все силы, чтобы отодвинуться хотя бы чуть-чуть, но литые мускулы его рук упрямо напрягаются, возвращая меня в сжигающий дотла плен чувственных объятий.

— Моя, — едва слышно произносит Дэриан, и от звука его низкого, бархатистого голоса по телу бегут огненные мурашки.

— Саэр Уорд, — мой голос молит о пощаде, а тело становится податливым, будто происходящее ему безумно нравится, — пожалуйста, не…

Его губы мягко касаются моих, не давая закончить фразу. Голова кружится от лавины противоречивых чувств, сметающих робкие доводы разума, как безудержная волна, разрушающая всё на своём пути.