Хомяк «Добрыня» между тем потерял ритм и резко отвалился от источника питания, оставив мне на обозрение всю сиську.

Вот это и въебалось в череп.

Я, безусловно, охренел от того, какими большими, темными и острыми стали соски Библиотеки. И еще сильнее от того, как их вид ударил по моему организму. Ударил, как радиация.

Часов десять прошло, а мне до сих пор жилы, на хрен, сводило. Горело все тело, пульсируя энергией, которой, сука, не было выхода.

Библиотека встрепенулась. Засуетилась, поглаживая Всеволода по спине и одновременно перехватывая странным образом грудь. Пихнула ему в рот влажный сосок, он, не тормоз все-таки, охотно ухватился. Снова заработал, причмокивая.

Я же простоял столбом, пока в башке не посветлело.

Двинул на балкон. Пока курил, между ребер жаром молотило сердце. С трудом подстроился под этот отбойный ритм. Подстроился, но вены так и топорщились по всему телу, до треска натягивая кожу.

Лег, когда в спальне уже темно было.

Хули толку?

Расслабиться не получалось. Сгустился в груди груз, и не прожать его ни дыханием, ни физухой, ни привычным терпиловом.

Так до будильника и пролежал.

Сука, будто в угаре…

Жестко мотнул головой. Выдохнул. Перехватил автомат. Собрался."

"– Минута, – вбилось в мозги, глуша, наконец, правое полушарие и выводя на актив левое.

По добру, что после гор из прикрытия в группу захвата кинули. В Газели тупил бы сейчас по-черному, а на штурме - не откиснешь. Работа прямая, темп высокий – так или иначе затянет в воронку.

– Тридцать секунд.

Плечи вперед. Взглядом – упор на вход.

– Пятнадцать секунд.

Мертвый хват на стволе. Кровь по венам толчками.

– Пять.

Звуки густого дыхания через фильтры, как перекличка.

– Пошли!

Таран в действии, и дверь выебало, на хрен, с петель. Воздух сотрясло сначала грохотом рухнувшего на пол полотна, а после – длительным топотом тактических ботинок.

Первый. Второй. За ними я – сегодня третий.

Автомат в плечо. Палец на спуске. Поток горячего воздуха через фильтры. Пульс частил, но башку не вело. Двигался по коридору, держа ствол на низкой готовности.

Вошли в зал и началась движуха. В поле зрения засуетилась охрана, дилеры, криминалитет.

– Всем лежать, сука! Работает СОБР! – рубанул первый номер, поднимая панический гул.

Часть влипших по инстинкту рухнула на пол, вторая – шарахнулась в стороны, третья – полезла напролом.

Я выдал короткой очередью в потолок и рявкнул:

– Морды в пол, еб вашу!

Еще часть слегла. Но двое, в отшибе от реальности, неслись прямо на меня. Плечом вынес первого, с ноги успокоил второго. Вмазал прикладом для надежности, пока не затихли.

– Руки, блядь, на виду! – гаркнул следом.

Оставил камикадзе на связку и полетел через творящийся хаос дальше.

– На стол лапы! Быстро! – прокричал сидящему.