Что толку переживать о вещах, которые от меня не зависят? Протянула ложку Дитриху. Тот сжал ее в кулаке, в другой руке стиснул кольцо — судя по едва заметному отблеску магии, какой-то артефакт. Прикрыл глаза, лицо потеряло всякое выражение. А потом разжал пальцы — кольцо зазвенело об пол, — поднял ладонь, и на ней заплясал огонек.

— Получилось! — воскликнула я и бросилась ему на шею.

Дитрих подхватил меня, приподняв над полом, крутанулся вокруг себя — я взвизгнула и вцепилась ему в плечи. А в следующий миг я обнаружила, что прижимаюсь к нему, обвивая руками шею, а его губы ласкают мои. И отстраняться мне совершенно не хочется.

Он опомнился первым, медленно поднял голову, не отводя взгляда от моих глаз. Я ойкнула, прижала ладони к горящим щекам.

— Осторожней, Эви, — очень серьезно сказал он. — Не дразни меня, если не хочешь доиграться.

— Извини, я…

Стало так стыдно, что аж слезы на глаза навернулись. Как я могла вешаться на него!

— Кой демон дернул меня давать невыполнимые обещания, — выдохнул Дитрих. — Прости, птичка, мне надо остыть.

Он шагнул к двери, под ногой что-то хрустнуло. Дитрих поднял с пола обломки ложки. Рассмотрел их, точно видел впервые, и протянул мне.

Я вытаращилась на них, забыв обо всем. Дерево выглядело новехоньким, словно эту ложку, перед тем как раздавить ногой выточили от силы вчера.

— Но как? — спросила я.

Оглядевшись, Дитрих поднял и кольцо, на серебре не осталось и следа патины. Взял с подоконника артефакт — точнее, то, что было артефактом, изменяющим внешность, прежде чем я с его помощью прорвалась к магии. Перевел взгляд с одного на другой.

— Не понимаю, — пробормотала я, все еще крутя в пальцах обломки ложки. — Она должна была состариться, да и кольцо. Как твой артефакт.

Дитрих медленно покачал головой.

— Моя магия — магия смерти и разрушения. Каждый из нас тянулся к тому, что был способен взять.

Получается, сама того не желая, я забрала вместе со светлой магией «жизнь», «состарив» вещь, а Дитрих — «омолодил» ее?"

"— Погоди-ка. — Я выхватила у него деревяшки. — Я снова наложу блок, а ты зачаруй амулет неважно чем, лишь бы там была магия, за которую ты бы смог зацепиться.

— Зачаруй сама, — предложил он. — Когда сегодня на рынке я сумел зачерпнуть силу, я тянулся через твою. Светлую. Экспериментировать так экспериментировать.

Я начала с амулета — простое заклинание для бодрости. Блокирующее далось тяжелее. Вроде бы и сил много не требовало, но мне все время казалось, будто, накладывая заклинание, я ускоряю приход того мира, который намеревались создать братья. Мира, где магия будет доступна лишь Ордену, — и это осознание нещадно тянуло из меня силы. Когда я закончила, пошатнулась, и только Дитрих, подхвативший меня за плечо, не дал упасть.