Но он не мог ничего с собой поделать! Он любил её и не собирался забирать свои слова о браке обратно.

Вот только как им быть, если с самого начала все строится на лжи?

Однажды в молодости он совершил ошибку, но те чувства, которые он испытывает к Татьяне, во много раз сильнее, чем он испытывал к Марии.

Татьяна похоже настроилась серьёзно, ведь свидания с Игнатьевым вполне могут повториться. А водить себя за нос он не позволит. Поэтому решив расставить точки над ""i"", он молча ждал, пока она заговорит.

— Я вас не узнаю! — решительно заявила Татьяна.

— Я Вас тоже, — произнёс Алексей, — Вы же собиралась выйти за меня без сердечного порыва, n'est-ce pas?(фр. не так ли?)

— Да, но… — начала Татьяна, но он прервал её, развернув к себе и, завладев её губами, стал пылко её целовать."

"Он хотел причинить ей боль, но не смог. Он и сам не заметил, как притянул её к себе, покрывая, лицо поцелуями. Заметив одинокую слезинку, он удивился. Почему она плачет? Неужели он так ей неприятен?

Отстранившись от неё, он встал на ноги, и запустил пятерню в свои взъерошенные волосы и сказал:

— Неужели вам так неприятно, что вы не можете сдержать слез? А впрочем не трудитесь отвечать. Мне и так всё понятно.

— Алёша, ты неправильно понял! Да я ошиблась тогда, сказав что всё делаю не из сердечного порыва. Я люблю тебя! Неужели ты мне не веришь? — воскликнула Тата, приходя в себя. Она не знала отчего заплакала. Просто она боялась, что Алексей не поверит ей, а он начал её целовать.

Преодолев разделяющее их расстояние, Алексей сказал:

— Я не знаю чему верить, своим глазам или вам, — сказав это, он развернулся и отправился прочь, громко хлопнув дверью.

Татьяна опустилась на софу, закрыв лицо руками. Вновь весь мир уходил из под ног. Алексей не верил ей, и даже не дал возможность объясниться.

Дверь тихо отворилась, и на пороге появилась Галина Николаевна и рядом с ней Полин.

Татьяна достала платочек и поспешно смахнула навернувшиеся на глаза слезы.

— Моя дорогая, Полина Игнатьевна решила навестить вас. Вдвоём вам будет, что обсудить.

Полина неуверенно подошла к софе. Татьяна жестом указала на место возле себя, понимая, что ей нужно кому то излить свою душу.

— Полин, я так рада вас видеть!

— Татьяна Владимировна, простите меня за мою дерзость, я долго ждала вас у храма, но всё же вы не пришли. То, что я хочу сказать вам, очень важно.

— Полин, я слушаю вас, хотя догадываюсь о чем вы собираетесь мне сообщить, — тяжело вздохнув, Тата сдержала стон, который рвался наружу.

— По уезду ходят ужасные слухи, которые вскоре могут дойти и до столицы, — сказала mademoiselle Борисова, смущено взглянув на Тату.