К спальне примыкают зеркальная гардеробная, уборная и купальня с бронзовой ванной в виде цветка лотоса. Будуар выходит в гостиную.

Я быстро обследую свое временное пристанище и понимаю, что хочу принять ванну и сменить запылившуюся одежду на свежую. К тому же в купальне ждет полный набор необходимых вещей, а в гардеробной – достаточно платьев. Мерильен, видимо, еще не забыл, какой скандал я устроила в Заррагбане: все подобранные наряды – светлоэльфийские. Из дорогих тканей, приличествующих моему положению, но достаточно скромные. Элегантные. Не удивлюсь, если их выбирала Эовен.

Кстати, а как там она? Надеюсь, увидимся за обедом. И на ее первенца хочется посмотреть. Все-таки если бы не моя помощь в Рохе, он мог бы вообще не появиться на свет. Так что я чувствую себя крестной матерью.

В купальне, к своему удивлению, обнаруживаю водопровод. Вот что значит столица!

Правда, вода из крана течет только холодная, но это меня не останавливает. Я выставляю надоедливых служанок за дверь и запрещаю им заходить, пока не позову. Потом наполняю ванну, бросаю туда несколько разогревающих камушков, добавляю эфирных масел и с блаженством опускаюсь в благоухающую пену.

Закрыв глаза, отдаюсь ощущениям.

Последнее время мне так не хватает вот таких минуток покоя. Когда не надо куда-то спешить, не надо о чем-то думать. А можно просто остановиться и насладиться мгновением…

Внутри меня разливается тепло. Я вспоминаю о детях.

Пока у меня была магия, я чувствовала их ауры. Даже улавливала эмоции и мыслеобразы. Но после событий в Зале Суда я могла лишь иногда ощущать толчки, как любая человеческая женщина. А теперь они отрезаны от меня километрами земли и пространства. Я не чувствую их, не смогу прийти на помощь, если с ними что-то случится, даже не узнаю, что им нужна помощь. А если и узнаю, то ничем не смогу помочь, потому что сама сейчас слабее младенца.

Я не смогу защитить детей, если не верну свою магию…

И не смогу вернуть себе мужа.

Мои мысли прерывает шум за дверью, нервный стук и взбудораженный голос служанки:

– Прекраснейшая! Повелителю плохо!

От неожиданности я вздрагиваю, скольжу по дну и едва не захлебываюсь водой, которая хлынула в рот и в нос. Кое-как вынырнув, высовываюсь из ванны:

– Что происходит?

– Повелитель! – истерически взвизгивает дварфка. – Он умирает!

Не в силах осмыслить эти слова, цепляюсь за бортик ванны. Слышу голос Брейна. Сухой и встревоженный:

– Эль, ты можешь выйти? Нужна твоя помощь.

– Да! Иду!

Выскакиваю из ванны и хватаю первое, что попалось под руку: льняную простынь. Хорошо, что служанка оставила ее для меня. Заворачиваюсь в ткань и, шлепая босыми ногами по мраморному полу, бросаюсь к дверям. По дороге пару раз умудряюсь поскользнуться и едва не растягиваюсь на мокром полу.