– Почему согласился? Я была уверена, что ты никогда в жизни не позволишь мне ввязаться в сделку с орками и заменить Мерильена».

Асур долго молчит. За это время орки успевают снять с моей головы мешок, связать из плащей подобие носилок и уложить на них мое безвольное тело. Толпа продолжает путь, и только тогда Эрионар нехотя отвечает:

«Я чувствую тебя, Эли. Ты ведь сама это знаешь. Чувствую все, что происходит с тобой, хотя и не всегда могу читать твои мысли. Я видел, как твой магический потенциал упал до нуля, и видел, как он начал расти. Садарн и Гарвейн присылали мне ежедневные отчеты о твоей успеваемости.

Но я сам понимал, что ты делаешь успехи. Я планировал подождать еще пару недель – для уверенности – и тогда дать тебе Арисмилинкль. Но судьба решила ускорить этот момент».

«Значит, ты был готов к тому, что я подчиню феникса?»

«Конечно. Я знал, что ты сможешь, надо только помочь тебе».

Теперь все понятно. Вот почему Эрионар не стал тогда спорить со мной и отговаривать. А я-то все думала, ну почему он так легко согласился!

«А почему к оркам отпустил? Был уверен, что мне ничего не грозит?»

«Нет, но я знал, что ты все равно сбежишь и сделаешь все, чтобы спасти Мерильена.

Потому что прежде всего ты сид, Эли. Лунная кровь в твоих жилах не даст тебе пройти мимо тех, кто взывает о помощи. К тому же я не собирался отпускать тебя одну. Просто не хотел, чтобы ты заранее знала об этом».

Что ж, вполне логично…

Единственно, неужели Эрионар так свято верит в мою непорочность? В то, что я бросилась спасать Мерильена, потому что не могла иначе? Ладно, не буду его разочаровывать. Но кое-что стоит выяснить.

«Скажи, ты не заметил ничего странного во время переноса сюда?»

«Странного? – в его тоне четко слышится недоумение.

 – Что именно?»

«Ну… может, перенос длился дольше обычного… Или я вдруг куда-то исчезла…»

«Нет, ты просто вошла в портал, а вместо тебя из него выпал Мерильен. Я его подхватил и одновременно отправился к тебе в виде духа».

«И ты не чувствуешь во мне никаких изменений?» – я внутренне замираю.

Эрионар отвечает не сразу. Я ничего не чувствую, пока он молчит, но у меня стойкое ощущение, что он пытается прощупать меня. Точнее, мою ауру. И что он не видит темных туманных нитей, которые оплели ее густой паутиной.

«Н-нет, – наконец отвечает он не очень уверенно, – но я по-прежнему чувствую в тебе только темную магию».

Мысленно выдыхаю.

«Эли, – голос асура заставляет очнуться от мыслей, – я не знаю, что ты задумала. Но я с тобой до конца».

«Зачем ты говоришь мне все это?» – бурчу, испытывая неловкость, как ребенок, которого застали за кражей конфет.

«Просто, чтоб ты знала».

Сердито поджимаю губы, но вспоминаю, что лежу в обмороке, и заставляю себя расслабиться.