Косноязычный и трусливый, да? Генерал бы с радостью поведал тем бардам, что сложили подобного рода истории про Повелителя Ночных Кошмаров, о том, как сильно те ошиблись в своих предположениях.

Впрочем, сейчас не об этом.

Генерал подставил лицо ветру и прислушался к рассказам старого друга. Тот бежал среди этих незнакомых горных пиков, раскрывая свои невидимые крылья над землями дальними и близкими. И в его шепоте Хаджар услышал весть о том, что под облаками есть земля.

Что же — это хоть немного, но упрощало ситуацию.

Вернувшись обратно к бессмертным, генерал некоторое время послушал их обсуждения, но не обнаружив в услышанном ничего толкового, сам взял слово.

— Под облаками есть земля, — произнес он тоном, не терпящим препирательств или споров. — я спущусь туда и попробую выяснить обстоятельства. А вы, пока, оставайтесь здесь.

Если честно, Хаджар добавил в речь «пока оставайтесь» исключительно ради успокоения некоторых особо встревоженных личностей. Поскольку даже представить себе не мог, зачем ему могли понадобиться эти создания. Учитывая, что их основной источник силы здесь был недоступен.

— Как мы можем быть уверены, что если ты что-то найдешь, то расскажешь нам? — спросил с прищуром Арсарэл.

— Даю свое слово, — спокойно ответил Хаджар. — если найду что-то, что может помочь в нашей ситуации, то пришлю весточку вместе с ветром.

— Слово? — фыркнул бессмертный. — Как мы можем верить слову?

Взгляд генерала потяжелел, а воздух вокруг него словно немного помрачнел, но мгновением позже атмосфера вновь разрядилась.

— Если бы я был моложе, юноша, — Хаджар и сам не заметил, как, пусть и случайно, но пустил в свой тон наставительные нотки.

 — то счел бы это за оскорбление. Но, в целом, вы можете делать что пожелаете, но без меня. Что-то мне подсказывает, что если там кто-то и обитает, то они явно не готовы к встрече с созданиями не из плоти, а из энергии, которой в этом краю даже не существует.

С этими словами Хаджар развернулся, оставил бессмертных за спиной и подошел к краю скалистого уступа. Вновь подставив лицо свежему ветру, он прикрыл глаза и сделал шаг вперед.

Пропитанный бескрайними просторами пейзаж, заключившая Хаджара в свои суровые объятия, начал растворяться, сменяясь ощущением свободного падения.

Генерал не стал призывать ветер, чувствуя, что до земли еще далеко. Он попросту позволил своему телу падать сквозь облака, отпустив все вожжи и перестав контролировать ситуацию.

Так приятно было ощутить себя, пусть и иллюзорно, но свободным в этот момент."

"Ему казалось, что он — перышко, грациозно танцующее в бесплотной завесе, движимое неведомыми человеку воздушными потоками.