Генерал высоко подпрыгнул, уклоняясь от стали, и на краткий миг словно завис в пропитанном дождем воздухе.

Его плащ раскинулся за спиной широкими крыльями и стоявшим за пределами битвы бессмертным почудилось, будто они увидели перед собой птицу Кецаля, занесшую клюв для мощного удара, но его, почему-то, так и не последовало.

Когда Хаджар приземлился, его меч все так же не был обнажен, а ножны блестели от дождевой воды и отражали угасающий свет заходящего солнца. Поднявшись на ноги, Черный воин посмотрел на спрятанный Синий Клинок, и впервые в его глазах мелькнуло сомнение.

Но битва была еще далека от завершения.

С новой силой, на фоне залитого дождем луга и тихих раскатов грома, дуэлянты вновь сошлись в поединке — сталь со сталью. Исход поединка оставался неясным, но с каждым мгновением становилось заметно, как ритм боя постепенно смещался. Движения генерала оставались все такими же плавными, выверенными и спокойными, а вот Страж то и дело сбивался. И таких ошибок, ведущих за собой все новые снопы искр, высеченные о его броню вкупе с черными каплями крови, падающими на землю, становилось лишь больше.

Шло время, а фигуры все не прекращали поединка. Каждое движение, каждый удар, каждое уклонение встречали равную противоположную реакцию.

Дождь теперь моросил мягкими волнами, капли ловили последние лучи солнца и рассеивали их, как россыпь жидкого золота. Но ни один из воинов, казалось, не замечал окружающей красоты: они были полностью поглощены своей собственной борьбой жизни и смерти.

Луг, некогда служивший безмолвным свидетельством волшебства древнего мага, теперь носил шрамы их битвы. Их и ничей больше.

Разбитые столпы света усеивали пейзаж, пусть их сияние и тускнело с каждым прошедшим мгновением. В углублениях, расщелинах и трещинах, образовавшихся от силы их ударов, образовались лужи, в которых отражалось штормовое небо.

Черный воин, используя последние резервы, вновь взмахнул клинком — теперь золотые полосы сопровождались огненными искрами. Но Хаджар, будто обладая нескончаемым запасом сил, уклонялся и парировал с изяществом, которое не соответствовало усталости, словно придавливавшей к земле голема.

При каждом таком движении Синий Клинок в ножнах пел песню ветра и грома, словно веселясь на ровне с пылающей над головами бурей.

В одном из очередных обменов ударами Черный воин сделал выпад вперед, намереваясь поразить Хаджара. Но генерал, предугадав его движение, в последний момент уклонился в сторону и стремительным движением руки призвал порыв стального ветра, подсек ноги противника и повалил того на землю.

Генерал встал над лежавшим в грязи противником.